Фольклор

Эхом навеяно, року подвластно...

байка о героях призёр конкурса

Пролог

Эхом навеяно,
Року подвластно,
Вновь обретённое,
Краткое счастье...

Волею судьбы вашему покорному слуге вновь пришлось взяться за перо. Кто бы мог подумать, что за то время, пока он заносил на свиток события той самой Оркостанской ночи, кою ещё не дописал, он вознамерится начать новый труд? На сей раз Хранитель Шерхан решил набросать в небольшом рассказе картину изумительного приключения, произошедшего с его подопечной в нижнем мире.

Стоит вкратце упомянуть о событиях, предшествовавших рассказу. Отгремело эхо землетрясений, когда дварфовские копи вместе с горами уходили под землю. Юн-Жут заселили дети магии; Сва-Лок вернул себе статус орочьего города, горячими ветрами стерев с лица земли обширное болото Кель-Абана и иссушив леса соседа Юн-Жута. Но если эльфы смогли с достоинством выдержать близкое соседство абсолютной противоположности им по духу, то гоблины были вынуждены переселиться в более благоприятную для них область. Убыль населения не могла не сказаться на экономике города, и Кель-Абан от стабильного, хоть и провинциального, городка скатился до уровня деревеньки на отшибе цивилизации.

Мир Пандоры изменчив. Кто сегодня унижен, завтра вознесётся на пьедестал славы. Кто гордо вышагивал впереди планеты всей, внезапно поймёт, что оказался в самом хвосте. Такова природа Пандоры. Наверно, только эта мысль удерживала последних обитателей Кель-Абана от последнего шага, после которого полупустая деревня превратилась бы в самый натуральный город-призрак без единой живой души. Пожалуй, стоит воздать хвалу жителям сего городка, последнего форпоста цивилизации на диком северо-западе Фронтира. Не будь их, события могли развернуться совсем по-другому и кто знает, что бы получилось в итоге?

Дорогой читатель! Перо автора наточено, свеча зажжена и дверь кельи наглухо закрыта. Будет ли моё творчество для тебя туманным и непонятным или наоборот, прозрачным, словно лёд, надеюсь только на одно: пусть мой неловкий слог раздастся в ушах твоих подобно приятной музыке, ни к чему не обязывающей, но пробуждающей приятные сердцу воспоминания.

История о скуке, страданиях, тяжких испытаниях, предательстве и юной любви, той, ради которой жертвуют многим, порой даже жизнью. История о двух половинках, разделённых тяжким роком. История, которая началась так обыденно, что обыденней просто не бывает.

Итак, начнём же наш рассказ...

Глава первая. Эхом навеяно...

Жирная муха, размером с фалангу пальца – ужас на крыльях ночи, обитающий во влажном воздухе болот. Раньше таких здесь водилось много, а теперь вот, за два часа сидения только одна попалась. Вымирающий вид… Бах! Теперь на одну меньше.

Трупик насекомого отправился под стол, и Ильэльная брезгливо вытерла перчатку о ножку стула. Тоска… Тоска зелёная! Совсем выродился городишко, днём с огнём прохожего не сыщешь! Мелькнёт чья-то фигура, испуганно шарахнется в сторону и скроется в ближайшей подворотне, дома стоят пустые, мёртвыми глазницами окон буравя тебе спину, и даже в трактире, центре мироздания любого поселения, ни одного постояльца. Ни единого! Это же о чём-то говорит?! А, ладно… Всё равно в ближайшее время заданий не предвидится, значит, можно наслаждаться хотя бы таким покоем. И всё-таки жаль, что никого больше нет. Можно было бы устроить пьяный дебош и после хорошей трактирной драки орать песни на всю улицу… под проливным дождём. Эх если бы не дождь, черта с два трактир бы удержал: прогулялась бы по городу, полюбовалась на живописные виды…

– Зараза! – вопль трактирщика был слышен на весь зал, ровно как и последовавший вслед за ним дикий мяв.

Ильэльная отвлеклась от созерцания винного напитка (товаров не завозили, и владельцу трактира приходилось разбавлять вино) и стала свидетельницей, как из кухни выбежал тощий котяра с сушёной рыбиной в зубах. Причём рыбина была её... После известных событий эльфийка отчаянно нуждалась в животном мясе, но заставить себя есть четвероногую живность даже для сохранения рассудка она не могла. Приходилось довольствоваться полумерами, позволяя чуждым инстинктам брать вверх в пляске, что зовётся бой. Правда, касательно "не могла заставить" была ещё одна причина, прозаическая до мозга костей: банальная нехватка денег. После Обновления зарабатывать стало трудней, да и жизнь подорожала.

– Стой! Стой, кому сказал! – если гоблин, бегущий вслед за котом, выглядит смешно, то точно такой же гоблин с ножом уже нет. Потом ведь шинковать растения им будет, а с кошачьей кровью они приобретут изумительный оттенок вкуса… Тьфу!

Эльфийка вытянула вперёд руку и сосредоточилась. Можно было, конечно, без игры на публику, но тогда бы трактирщик метнул столовый прибор, а насколько гоблин хорошо умел швыряться колющими предметами, героиня убедилась на собственном опыте, зайдя на кухню в тот момент, когда трактирщик метал ножи в доску с самодельной мишенью. Ну а когда девушка, используя всё своё обаяние, дабы гоблин не отказал, попросила сбить яблоко в полёте, он и глазом не моргнул, как пришпилил фрукт к доске. Ниндзя в отставке, по другому и не скажешь.

Искра магии вспыхнула на кончике пальца, и клубок из шерсти, злобного шипения и сухой рыбы притянулся к ладони магессы. Рычанию, которым животное её наградило, позавидовал бы лев. Вот только особа, которой рыба предназначалась изначально, на это никак не отреагировала. Точнее, не так, как следовало бы дочери леса.

Трактирщик опустил нож, с изумлением глядя на то, как эльфийка вперилась взглядом в зенки наглого создания и приподняла в кривой ухмылке верхнюю губу. Гоблин не приметил ничего особенного, но у кота в ответ вздыбилась вся шерсть, и он с диким ором отскочил от героини, выпустив из пасти с трудом утащенную добычу.

– Угу… – словно понимая кошачий мат, кивнула она головой и демонстративно откусила рыбью голову. Хруст костей разнёсся под крышей трактира, после чего четвероногий вредитель забрался на потолочную балку и выскочил в слуховое окно. Выйдя из оцепенения, гоблин собрался было уходить на кухню доделывать заказ необычной посетительницы, но тут его настиг её вопрос: – У вас есть свежие дары моря?

– Вы для этого мелкого гадёныша? Не стоит того. Сколько себя знаю, дай ему спуску, так на шею сядет! Думаете, я его не подкармливаю? Так нет, ему всё мало!
"И кто из нас эльф, спрашивается…" – хихикнула про себя Ильэльная, но вслух сказала с милой улыбкой:

– И всё же я настаиваю.

Кухни повелитель засопел и всё-таки задал вопрос, так и вертевшийся у него на языке:

– Раз так, многоуважаемая дочь магии, я вас не понимаю. Себе вы заказали сушёную юколу, а для того, кто должен быть для вас презрен, просите настоящий деликатес! Свежая рыба в наших краях такая редкость… Если вы уж едите мясо, что само по себе нонсенс, то почему не наоборот!?

Ильэльная вздохнула. Ну что тут скажешь? История длинная, в двух словах рассказать не получится.

– Скажем так… Волею судеб моим талисманом стали представители кошачьих. Как так получилось, сама теряюсь в догадках, но теперь я не могу пройти мимо страданий этих мелких мерзавцев. Мда… С мясом же совершенно иная история, но причина моего поведения проста: не хочу приучать себя к "деликатесам". И так крайне эпатажно по меркам моего народа, как вы верно заметили… Что ж, как там мой обед?

Недоверие на лице трактирщика было написано крупными буквами, но продолжать допытываться он побоялся, уж слишком кротко гостья дала ему знать, что не желает распространяться на эту тему. Он молча развернулся и пошёл на кухню.

Словно поняв, о чём только что был разговор, в слуховое окошко просунулась кошачья голова. Её обладатель настороженно уставился на девушку, чьи клыки были куда внушительней, чем у него, и только было собирался юркнуть обратно, как услышал тихий зов эльфийки:

– Ладно тебе… Есть хочешь? Не бойся, ты для меня не аппетитен.

Кот едва слышно мяукнул.

– Уж больно тощим и несчастным выглядишь, не могу пройти мимо. Я ж героиня, мы всем, кто нуждается, помогаем.

Обиженно-презрительный мявк даже для постороннего доходчиво объяснял его мнение о героях как таковых. Эльфийка немного помолчала, прислушалась к звукам на кухне, и покачала головой.

– Ну, это особый случай. Не все же мы такие алчные. Да и я отличаюсь от моих сородичей, сам в этом убедился. И да, судя по запаху, нам принесут горбушу.

– Мья?! – у кота и усы встопорщились вместе с ушами, однако удивлялся он недолго. Согласно мяукнув, он пополз по балке к занятому столу. Хоть света от очага было немного, был виден благородный пятнистый окрас трактирного вредителя, всё равно красивый, хоть и испоганенный колтунами и свалявшейся шерстью. Несмотря на весь свой боевой вид, повадки сразу выдавали в нём бывшего домашнего кота, который от безысходности подался на улицу бродяжничать. Кто знает, что стало с его хозяевами? Уехали ли, отошли в мир иной – так или иначе, оставляя своего питомца на произвол судьбы, они практически гарантированно обрекали его на тяжкую борьбу за существование и глубокую тоску по ушедшим временам. Наверно, этим и объяснялась неожиданное внимание и забота Ильэльнаи, а не мифическая, только что придуманная причина талисманности. Или ещё проще: скука. Так хоть какое-то разнообразие.

Внезапно в дверь таверны требовательно застучали.

– Сейчас, сейчас! – выкрикнул трактирщик, вновь выбегая с ножом в руке. – Подержи-ка, – и нож стукнулся о деревянную столешницу.

– Было бы интересно… – вполголоса протянула эльфийка и пригубила разбодяженную субстанцию. К счастью, гоблин не расслышал последних слов своей гостьи, будучи занятым откидыванием засова с двери.

– Рад видеть дорогих… А… Чем обязан?

Резкая смена тона с радостного на растерянный определённо заслуживала внимания. Но куда более заслуживали внимания шестеро Серых Плащей, молчаливыми статуями ввалившиеся в таверну.

Ильэльная словно обратилась в камень. "По мою душу? Да нет, бред! Я ведь куда слабее, чем они, им кодекс не позволит напасть! Ой-ой-ой… Бескуда в глотку, они определённо ко мне!"

– Господа, это мой нож, я им еду готовлю, можно за… Спасибо, спасибо, премного благодарен! – трактирщик, беспрестанно кланяясь, бочком-бочком по стенке позорно сбежал на кухню, оставив героиню и шестерых представителей карающей длани закона наедине. Загрохотали отодвигаемые стулья, и шесть туш грохнулись за стол, буравя юную эльфийку глазами. В воздухе повисла тревожная тишина, нарушаемая только тихим шипением кота прямо над головами у незваных гостей.

– Героиня Ильэльная, не так ли? – обратился к ней самый бугаистый из всех бугаев, из-за спины которого показывался меч с широким, в ладонь клинком.

– Верно… Чем обязана? – от голоса допра… юной особы веяло холодом ледников, спускающихся с гор Азарока.

– Официально, мы пришли выразить наше недовольство вашим отношением к заключению контрактов. Ряд торговцев нелестно о вас высказывались и потребовали отмщения за… назовём это обманом.

– Передайте им мои самые искренние извинения и пожелания хорошего дня.

– Иного мы не ожидали. Но вы слишком юны, для того, чтобы попасть под ответственность. Тем более, за последний год все, с кем вы имели дело, отзывались о вас, как о кристально честном человеке… простите великодушно, эльфийке, вследствие чего… Кха-кха!

Сосед ударил его по спине, и героиня обратила на него внимание. Удивительно, но лицо того Серого Плаща было скрыто под маской, и этот запах… Тут был и пот, и дорожная грязь, и ароматы болота, но всё это поддёргивалось странной дымкой, странно-знакомой…

– Я за водой, – скорее для Ильэльнаи, нежели для товарищей проговорил рыцарь в маске и пошёл на кухню.

– Кхе… В общем, на чём мы остановились? Ах да, вот что: мы предлагаем вам выполнить для нас одно задание. Если вы согласитесь, вас ждёт полная амнистия. И да, выполнять вы его будете не в одиночку.

Эльфийка позволила себе усмехнуться.

– Весьма роскошно с вашей стороны выделить для меня спутника. Это всё?

– Не совсем. Хоть мы и славимся, как бессребреники, наш орден по силам достойно оплатить ваш риск. Эпический артефакт на выбор.

– Хм… А если я откажусь? Так, чисто спортивный интерес. Что в таком случае?

– Мы оставим вас в покое, пока ваш уровень не позволит нам поступить с вами так, как требует закон.

– Значит, вот как оно! Хех… Я согласна.

Серые Плащи переглянулись между собой:

– И… И вы согласились, не выслушав само задание?

– Не толките воду в ступе, люди. Раз согласилась, значит, решила. А причины, по которым я так поступила, вас интересовать не должны.

Один из крайних бойцов широко известного Ордена дёрнулся и положил кулак на стол:

– Не забывайтесь, Ильэльная! Мы самая могущественная организация в мире, могли бы чуточку уважения в голос добавить!

– Да? А я героиня, и к тому же бессмертна, чего не скажешь о вас. Повторяю: скажите, что от меня требуется, и валите на все четыре стороны, пока я не приду за наградой.

– Да что ты о себе возомнила? – суровый взгляд сидевшего напротив эльфийки буквально пригвоздил бойца ко стулу. – Ох… Извините, капитан.

– Кгхм… Вынужден просить прошения за своего несдержанного подчинённого. Итак, о задании: от вас требуется найти и обезвредить опасного монстра, буйствующего на трактах Сва-Лока, Юн-Жута, Ашур-Донала и Кель-Абана. Судя по останкам несчастных жертв, ваша цель – волколак. Однако будь он обычным, мы бы сами справились… В общем, он очень опасен. Более того, ходят слухи, что он и на поселения нападает.

– Пфе… Нашли, чем пугать. Да и задача тривиальна – простая охота.

– Не совсем. Заказ на его устранение поступил из одной деревеньки координатами пятьдесят четвёртый и тринадцатый квадрат. В случае успеха, вам следует отвезти тело туда и продемонстрировать тамошним обитателям, естественно, от лица Серого Ордена. С этим проблем не возникнет?

Эльфийка задумчиво потёрла переносицу. Даже с добавленным пунктом, миссия выглядела весьма и весьма аппетитно. Да и спутник и эпический артефакт на выбор… Однако надо было быть честной перед самой собой: она согласилась по большей мере от нечего делать, а не потому, что её соблазнила высокая награда.

– Нет-нет, как такое вообще могло придти в голову? Выполню в лучше виде, дабы ваше дело росло и крепло, – не удержалась она от подколки. Наверно, из-за неё следующая фраза капитана Плащей по сухости сравнилась с ветрами пустынь:

– Выполните, героиня Ильэльная. Лучше сразу смиритесь с мыслью разделить лавры победы с вашим напарником.

– Кстати, о спутнике: кто он?

– Вы сами всё узнаете. К тому же, он скоро подойдёт, – капитан бойцов Ордена встал (эльфийка сделала то же самое) и совершенно неожиданно пожал ей руку. – Благодарю за сотрудничество.

– Не за что, – вполголоса проговорила девушка, с удивлением разглядывая свою ладонь, только что утонувшую в могучей лапище капитана Серых. Тонкое чувство узнавания вкупе со знакомым запахом… Ужасно, когда мысль так и стремится прорваться наружу, но пелена забвения мешает ей.

Пятеро Серых Плащей покинули трактир вслед за капитаном, оставив эльфийку с грузом воспоминаний. Помещение вновь резко опустело.Нестерпимо хотелось завыть, но Ильэльная взяла себя в руки. Против приступов хандры есть только одно лекарство – терпкое, кусающее за язык вино, но девушка и этого сейчас была лишена. Вновь в душу когтями вцепилась тоска, окрасив весь мир в тёмные тона.

– Мря! – кот выбрал идеальный момент, чтобы спрыгнуть прямо на колени эльфийки. Яростно прошипев, она схватила его за шкирку и злобно зыркнула глазом.

– Мрр?! – он недоумённо повёл ухом, на что дочь леса глубоко вздохнула и разжала ладонь. Четыре мохнатые лапки потоптались по её коленям, и кот стал своеобразной мохнатой грелкой, с чувством выполненного долга свернувшись в клубочек...

– Ну ладно, лежи уж. Скоро принесут поесть, если только трактирщик через окно не убежал. Ох, не жалуют Орден на Фронтире… Чего когти о доспех дары дерёшь? Красный цвет нравится? Ха-ха… Ха…

Ильэльная вновь глубоко вздохнула и запрокинула голову назад, прикрыв при этом глаза. Уже больше трёх лет прошло с того момента, как два клана и один орден сажались плечом к плечу в подземельях сумасшедшего мага, создававшего удивительных гибридов живых и нежити. Уже больше трёх лет?! Как быстро время летит… Этот запах, приятно щекочущий ноздри, он был прямиком оттуда, из-под низкий сводов естественного каскада пещер, прибранных к рукам некромантом.

***

Свет, бьющий в глаза. Свет, добрый и прощающий. Мне будет в нём хорошо? Не будет больше боли?

– Вкусный запах!!! – и рот заполняет смесью слюны и чей-то крови.

– Она тебя ранила! Мага сюда!

– Стойте, не убивайте!

Острый клинок упёрся в горло. Я едва успела остановиться (кожа над жилкой опасно заскрипела). Свет, почему ты уходишь? Я не хочу терять последнее, что у меня есть, ведь потом будет только… тьма…

– Ты ей уже не поможешь. Отойди, дай дело нам.

– Нет! Ильэльная ведь не монстр!

– Она тебя укусила, и если уберёшь клинок, укусит ещё и ещё! Она больше не с нами… Ями, стреляй!

Слёзы сами потекли по щекам. Неужели всё, конец? Одна, останусь совершенно одна… Даже он, тот, кто может мне помочь, уйдёт. Три серых фигуры, три великих судьи, вы заберёте мою жизнь… Запах… Чудесный запах… Свет… Тьма… Звук падающего на каменный пол меча.

Я успела поднять голову и увидеть, как светозарное лицо заполоняет весь мир. Он обнял меня… Он простил. Хороший свет… Вкусный…

– Ильэльная, хоть я хочу сделать, что меня просят, именно этого сделать я не могу… Есть столько всего, чего ты не знаешь, столько людей, которых, если я позволю им совершить задуманное, которых больше не увидишь… Тебе есть, зачем возвращаться. Пожалуйста. Ради… Кха-кха… Ради… меня.

– Ями, стреляй! Она впилась ему в плечо, не промахнёшься!

Возвращаться… Ради него? Он что, ко мне неравнодушен? Или думает, что я неравнодушна к нему, человек, судя по запаху и привкусу… И что он делает? Так по-хозяйски меня обнимает, словно мы уже пара! Дурак!

– Вот дурак… – были мои первые слова после того, как с глаз спала пелена боевого безумия. Следом вернулась боль в сбитых кулаках и сломанных пальцах, закололо в перебитой ноге и много чего другого. Но куда хуже было то, что я вдруг поняла, что делала всё это время… и как мы выглядим со стороны. Машу вать!!!
Выстрел громом отозвался в ушах, загуляв по коридорчику шальных эхом. Плечо неприятно дёрнулось назад, и меня откинуло к стенке. Перед тем, как небытие, радостно протянув щупальца, приняло меня в свою обитель, я дёрнула уголками губ. Всё-таки, вкус у "гуманиста" оказался крайне хорош… ровно, как и он сам. Хоть бы выжил… Я ведь не обычный вампир, чтобы заражать укусом. Но за то, что распустил руки, не будет ему прощения!

– Мага! Лекаря! Двое раненных!

– Феномен… у него получилось…

– Что, Генджис?

– Мысли вслух. Молодец, Ями! Сообразил-таки. Газнил, ты вовремя, нужна перевязка. И да, ножи держи при себе.

– Но ведь он… укушен!

– Я тоже могу укусить, если что, но от этого гоблином не станешь! Разве что рана загноится, и то надвое сказал. Но если я ошибаюсь…

Тьма… Такая привычная тьма, коя зовётся сном…


***

На глаза Ильэльнаи легли чьи-то ладони в перчатках.

– Скучала, Зубастик? – слегка грустно, немного задорно и совсем без капли благоговения в голосе перед дочерью Перворождённых поинтересовался человек, чей запах она могла узнать из тысячи…

– Руки убрал, Светозар.

***

Гоблин-трактирщик с опаской выглядывал из-за двери. Когда к нему на кухню ворвался один из Серый Судей, он, как и предполагала Ильэльная, едва не сиганул в окно. Ниндзя в отставке помнил, насколько к нему был неравнодушен Орден, но чтобы через столько лет его нашли… Воистину, только фраза человека в маске "я не с ними" удержала его от крайне необдуманного шага. Вскоре Серые Плащи ушли по своим делам, и трактирщик мог вернуться к своей работе, не опасаясь неожиданного визита с вопросом: "Господин Уль Мол Наг? Пройдите с нами, будьте любезны. Нам крайне интересно узнать, какую роль вы играли в ограблении каравана такого-то такого-то числа такого-то года…" – и много чего ещё.

Пара за столиком к Ордену не имела никакого отношения, что не могло не радовать. Да и вели они себя тихо, несмотря на довольно громкое приветствие (сломанный стул смирно лежал в уголке). Гоблин как раз доделывал заказ второго гостя: жаркое из барашка вместе с овощным рагу и жгучим вином (на севере такой напиток называется водкой). Увы, бочки со всем этим зельем стояли пустыми, поэтому он поступил так же, как и с заказом перворожденной: вместо настоящего напитка взял чистый спирт и разбавил его водой в пропорции два к пяти. Главное тут не переусердствовать, а то и голова болеть будет, и, кгхм, человек может повести себя куда несдержанней, чем знающая себе цену эльфийка.

– Так ты и не рассказал, что у тебя за дела с Серым Орденом, – рыбья косточка отправилась в свободный полёт и приземлилась прямиком посередине художественной инсталляции из остатков пищи.

Светозар с лёгкой ухмылкой заложил руки за голову и от души потянулся:

– Какие дела, о чём ты? Просто, как и тебе, сделали предложение, от которого не смог отказаться.

– Угу… Дурацкий ход с маской, если честно… Да и вышло пятеро Серых. Думал, не обращу на сей факт внимания?

– Не подумал, но чтобы связать… Всё-таки не пойму, как ты меня раскусила?

Ильэльная чуть слышно хихикнула. Может быть, рассказать секрет? Ага, потом неоднократно проедется по этому поводу. Прям как вживую вижу его наглую самодовольную рожу: "Хм… Тебе нравится мой запах? Извращенка, даром, что эльфийка. Пожалуй, надо будет прятать от тебя своё бельё, а то утащишь".

– Интуиция.

Гоблин вышел с подносом, ломившимся от яств (чудесный запах покрытого корочкой барашка, из-под которой сочился внутренний сок, вызывал обильное слюнотечение у героини), и побрёл к постояльцам.

– Ваш заказ, господин Светозар! – как трактирщику удалось удержать поднос на весу, оставалось загадкой.

– Премного благодарен, – мешочек с деньгами плюхнулся в дрожащую руку гоблина. – Восславим же Хранителей за то, что дали нам дожить до этого момента!

Ильэльная с завистью глянула на кошель, ставший собственностью хозяина трактира. У самой был едва ли не в два раза худее.

– Говоришь, ничего с Орденом не связывает… Откуда тогда столько деньжищ?

– Ну, герои ведь везде нужны…

Настроение у обоих вдруг резко упало. Светозар, сам того не желая, задел больную тему. Выжить после такой кровопотери по всем законам было невозможно, но оказалось… Хранитель у него был достаточно сильным, чтобы сделать из него героя. Вот только способ, которым это выяснилось, был одинаково неприятен как Светозару, так и Ильэльнае. В конце концов, это именно из-за неё Светозар погиб. В первый раз.

– Так, хватит, – девушка глубоко вздохнула и приподняла пальцами листик салата. – Прежде чем ты приступишь к трапезе, расскажешь о нашем задании?

– Как пожелаешь. В принципе, Серые Плащи достаточно подробно разъяснили, но из их рассказа выпала пара деталей. Первое: если проследить по времени, нападения оборотня в далеко отстоящих друг от друга точках близки по времени, словно наш волколак где-то раздобыл пару крыльев или телепорт. Второе: описания внешности разнятся. Конечно, можно сделать скидку на ночное время и эффект неожиданности, но моя чуйка подсказывает самое нехорошее…

Листик салата отправился в рот.

– Светозар сын Креслава… Ворон, Герой, напарник Серых Плащей, рыцарь маски, но на практике оказался необтёсанным деревенщиной, допускающим в речи простонародные словечки. Я в тебе ошибалась.

Светозар скромно потупил взор, пряча довольную улыбку:

– Признайся честно, тебе просто хочется слопать моё жаркое.

– Неужели всё настолько прозрачно?

– А то! У тебя на лице написана потаённая мысль: "Вот бы впиться зубами в кусочек, исходящий соком и жирком!"

В повисшей тишине бурчание живота эльфийки прозвучало довольно отчётливо:

– Светозар! Р-р-р…

Человек взял принесённый нож и всадил его прямиком в спину ягнёнка. Пара резких движений, сопровождавшихся смачным звуком разрывающегося мяса, и жаркое развалилось на две половинки.

– Мне не жалко, бери любую. Ну что ты морщишься? Я же не отраву какую-нибудь предлагаю, а первоклассное мясо, последнее в этой дыре, наверно.

– Спасибо, не голодна, – героиня демонстративно отвернулась, вот только носик странно дёрнулся.

– Да ладно тебе. Тебе вообще нужно лучше питаться, ме-та-бализм требует! А-то ходишь бледная, как немочь или нежить, хе-хе… Э, только тяжёлым не кидайся!
Ильэльная окинула человека полупрезрительным, полусмеющимся взглядом и снисходительно встряхнула пальцами на манер светской львицы:

– Уговорил, Светозар. Своё здоровье нужно беречь, соглашусь с тобой.

Шмат мяса лёг аккурат между горсткой костей и нищими листочками какой-то зелени, не имевшей даже названия. Учитывая, что это великолепие стоило больше, чем вся наличность в кармане эльфийки, сразу становилось понятно, насколько великодушно поступил человек. Естественно, с разрешения дамы.

"Мда… Видели бы меня мои знакомые в этот момент. Корпораты, конечно, не удивились бы, но вот отец, если бы дожил, заломал руки к небесам и возопил бы что-то из разряда "до чего скатилась моя дочь, о перводухи-Аунайры?!” – так думала Ильэльная, уплетая годовалого ягнёнка за обе щеки. – Но что поделать? Я ведь не хочу лишаться рассудка из-за Голода. Не хочу повторения той истории. А ведь вкусно, шайтан тебя дери! Но не стоит забывать – это еда только для тела, но никак не для духа, а то чем я буду отличаться… скажем, от моего "напарника", совершенно не разбирающегося в тонких магических сферах?"

***

Избушка в лесу выглядела заброшенной: покосившийся заборчик, на который наступали корни ели, заросшие сорняками грядки, осевшая крыша и поросшие мхом брёвна – всё это открытым текстом заявляло, что хозяина у дома нет и нету уже давно, но молодого паренька, перелезающего через забор, это не останавливало.
Дверь едва слышно скрипнула, и он вошёл в дом. В доме царил полумрак, но и даже в таком полумраке было видно, что внутри он находился в лучшем состоянии, нежели снаружи: на стенах висели свежие припасы, на столах, стульях и подоконниках не было слоя пыли, да и вообще, возникало ощущение обжитости. Но основная цель юноши находилась в самой дальней комнате.

Окно пропускало мало света, поэтому человек шагал осторожно, стараясь не оступиться, ибо груз, который он нёс, был крайне хрупок. Наконец, вот она, последняя дверь. Парень толкнул её плечом и тихонько, на цыпочках подкрался к постели, на которой лежала…
Девушка, ощутив в комнате кого-то постороннего, мгновенно проснулась и, сев на кровати, уставилась на него жёлтыми глазами:

– Пришёл? Всё равно пришёл? – подавленный голос, понурое лицо, но сквозь всё это проступала неизвестная доселе светлая улыбка. Радость, вкупе с недоумением.

– Мия, я принёс эликсиры. Думаю, даже мне под силу сварить это зелье, позволяющее сохранить разум после трансформации. Вместе с кольцом, что ты носишь, это должно тебе помочь.

Девушка отвела взгляд, дабы скрыть одинокую слезинку.

– Зима, даже после того, как ты узнал, кто я на самом деле, ты… – всхлипы перешли в плач. Зима, человек, ученик алхимика, застыл на месте. Несмотря на успехи в выбранном ремесле, в этом случае, как поступить, он не знал. Разве что сердце подсказывало.

Он положил связку склянок на пол и сел на кровати рядом с плачущей девушкой.

– Право, не плачь… – приговаривал он, одной рукой неумело обнимая её стан, а другой аккуратно снимая капли солёной влаги с её щёк.

– Да… как… мне не плакать?

Говорят, что у волколаков, вервольфов по-эльфийски, нет ничего общего с разумными расами. Становясь оборотнем, сходишь с ума, подчиняешься грызущему изнутри голоду, заставляющего нападать даже на близких тебе, друзей, знакомых… Ужасная судьба. Говорят, что у них нет эмоций, что единственное желание каждого оборотня – впиться в глотку любому из тех, кому посчастливилось избежать обращения, и если не убить, то хотя бы превратить в подобного себе. Но таковы обычные вервольфы, вступившие на путь Луны насильно. Есть другие, добровольно отринувшие человечность и принявшие в своё сердце силу Волка. Такие способны контролировать вторую сущность и уживаться в обычном обществе, но рано или поздно зов Луны заставляет любого из них преступить черту, после которой возврата уже нет.

– Я принёс тебе еды и зелий с запасом. Ходить уже можешь? После такой ужасной раны в боку…

– Почему… ты так добр? Я ведь… тогда едва тебя не убила...

Зим улыбнулся. Трудно было сказать, что именно поразило его в Милии: то, как она стойко держалась в самых сложных ситуациях, или то, что она, как и он, обожала зельеварение, или её душевная доброта, за которой скрывался болезненный надлом из-за вечного страха потери контроля над внутренней силой… А может, дело было куда проще?
Они оба стали учениками эльфа-алхимика чуть больше года назад. Зима родился в Синам-Сиджасе и с детства мечтал пойти по стопам великих учёных, составляя реагенты для получения удивительных смесей и зелий. Милия пришла из далёких краёв, как сама говорила, и тоже имела склонность к алхимии: в травах разбиралась лучше, чем он, и зелья у неё получались гораздо чище. Не раз и не два учитель ставил Милию в пример Зиму, заставляя его отчаянно завидовать молодой девице, которая могла даже из прошлогодних стебельков сварить бодрящий напиток такой же крепости, как у него получался из свежих листьев самойлики. Но со временем зависть сошла на нет. Наоборот, они оба потянулись друг у другу, порой до глубокой ночи засиживаясь над каким-нибудь очередным заданием эльфа. Чего ни говори, теоретическая часть Зимом схватывалась на лету, а вот Милия часто сидела на уроках с рассеянным выражением лица, не поспевая за скоростью мысли мастера.

Гром грянул несколько недель назад. На город напал оборотень, убил двух загулявших горожан и скрылся в лесах. После этого события Зима заметил, как помрачнела Милия, как охладела ко всему, что происходило вокруг неё.

– Он придёт снова, я уверена, – сказала она как-то поздно вечером во время дистилляции цветка эдельвейса, и оказалась права. Ночь омрачилась очередным нападением, унесшим в царство Курносой ещё двоих.

На следующий день Милия не пришла в обычное время и появилась в лаборатории только после окончания занятий.

– Где ты была? Учитель тебя заждался, – начал было Зима, но увидел печальное выражение лица Милии. – Ой… Что-то случилось? Что-то серьёзное?

– Тот вервольф не прекратит своих нападений пока не получит то, зачем явился, – как будто пропустив мимо ушей вопрос Зимы, ответила она, но тряхнула головой и с натянутой улыбкой попросила: – Расскажешь, что мы сегодня проходили? А что насчёт оборотней… У меня родители погибли от их зубов, вот поэтому так к ним неравнодушна.

Странное поведение Милии насторожило парня, и он решил проследить за ней после окончания учёбы. Будь бы это пару месяцев назад, он бы не взволновался и пустил всё на самотёк, а сейчас прям места себе не находил.

Дело близилось к полночи (сидеть рядом с домом напарницы всю ночь ему не хотелось. И так подозрительно себя ведёт, а так вообще на маньяка будет смахивать! Да и к тому же завтра тяжело будет учиться), как вдруг его затея увенчалась успехом: девушка вышла из дома и, оглянувшись по сторонам, куда-то пошла быстрым шагом. Зима едва за ней поспевал, а ведь ему ещё приходилось прятаться в тени, дабы не раскрыть своего присутствия, благо Луна только-только пошла на убыль, и света было достаточно.
Наконец, Милия добралась до рыночной площади, на которой сейчас никого не было, и стала кого-то ждать. Каково же было изумление юноши, когда, откуда ни возьмись, появился гигантский волк, в котором легко угадывался недавний вервольф, убивший четырёх горожан. Его чёрная шерсть с серыми разводами стояла дыбом, выражая крайнюю степень недовольства.

– Ты всё-таки пытаешься быть человеком, – прорычал он, царапая когтями брусчатку.

– Это плохо? В конце концов, ты сам сказал мне выметаться куда глаза глядят, раз не согласна с вашим выбором, Дик!

"Так Милия тоже… волк? Вервольф?" – от этой мысли колени Зима ослабели и он едва не сполз по стене.

– Твой выбор понятен, но знай, Луна потребует платы кр-р-ровью.

– Четыре невинных существа – такова твоя плата за проклятие? И скольких ты уже убил?

– А ты р-разве не участвовала в Охоте?

Зима решил, что услышал достаточно, но только собрался уходить, как поскользнулся и упал на холодный камень мостовой. Нога затекла, так неудобно стоять. И упал, как назло, прямо перед глазами двух оборотней.

– Зима? – выражение пожелтевших глаз его одноклассницы как будто вонзилось ему в душу и прошило насквозь.

– Знакомый тебе человек? – пренебрежительно бросил гигантский волк, с интересом оглядев Зиму с ног до головы. – А ничего, аппетитно выглядит. Когда намеревалась его съесть?

– Никогда! Прекрати!

– Что может быть приятней, чем выражение лица дурачка, перед которым ты разыгрывала дружбу, чтобы потом прикончить, когда он это всё внезапно осознаёт?
Зима тяжело дышал, ощущая, как рушится его привычное представление о мире.

– Вы… Милия… Это правда?

Девушка-оборотень с ужасом во взгляде смотрела на него. "Значит, так оно и есть…"

– Нет, – было её ответом.

Волк расхохотался, если странные завывания и подобные им звуки можно было назвать смехом.

– Милия, девочка моя, я и подумать не мог… Тогда твой друг с опасности, – и вервольф сделал шаг по направлению к парализованному от ужаса юноше-зельевару.

– Зима, беги! – и молодая волчица с каштановой шерстью и белыми подпалинами по бокам вцепилась в бок матёрого волка. Злобный вой, заставляющий трепетать сердца, на человека же оказал абсолютно иное воздействие: он вскочил с земли, не обращая внимание на боль, и поскакал сначала на одной ноге, потом побежал на двух к казармам стражи. "Хоть бы успеть!" – билась в его мозгу воспалённая мысль. Шум беспощадной драки между двумя монстрами остался позади.

В казармах ему сразу поверили (не каждую ночь прибегает ученик широко известного поставщика "бодрящих напитков" и срываясь на крик заявляет, что его едва не убили вервольфы), и отряд стражников побежал вместе с ним на ту самую площадь. В городе раздался сигнал тревоги, на стены вышли обычно спящие беспробудным сном лучники, но они опоздали. Все безнадёжно опоздали. Чёрный вервольф перепрыгнул через городскую стену в самом слабом её месте при первых признаках тревоги, оставив второго, каштанового, в ловушке. Но что может быть опаснее загнанного зверя?

Зима нашёл Милию, продолжавшую пребывать в зверином облике, в старом сарае. По городу бегали отряды стражи с факелами, проверяющими любое подозрительное место, так что у оборотня не было и шанса скрыться. Вдобавок, волчица была вся покрыта ранами, а в боку зияла рваная рана от укуса. В следующую секунду же Зима обнаружил себя прижатым к полу волчьей лапой, а над головой зависла страшная пасть, из которой издавалось утробное рычание.

– Мия, это я… – капелька слюны упала на щёку, но стереть её сейчас значило нарушить хрупкое равновесие между человеком и волком в душе Эмилии. – В этой части города, совсем рядом, рядом с заброшенной кузницей, есть проход под стену. Сам не раз там лазил, ты должна пройти. Только прошу… Это ведь была неправда? То, что тот говорил?
Волчица отвела взгляд и убрала лапу с груди Зима, позволяя ему уйти.

– Спасибо, Милия. Я отвлеку стражу, – поправив куртку и наконец стерев липкую жидкость с щеки, сказал он и вышел наружу.

Оборотней так и не нашли, хотя кровавая лужа посреди рыночной площади стала объектом разговоров болтунов. Убийства прекратились, но Зима не познал покоя. Весь разговор двух монстров, которые, как оказывается, не такие уж и монстры, весь тот год, в неведении истинной сущности и последний, невысказанный вопрос, так и повисший в воздухе, заставил его действовать.

Поиск человека по вещи – магия непростая, но у него был знакомый ученик мага, умеющий держать язык за зубами. Зелья, позволяющие сохранить рассудок? В старых книгах находятся и не такие сюрпризы, а учитель был слишком расстроен "смертью" своей ученицы, чтобы обратить внимание на нездоровую активность Зима. В итоге, имея на руках клочок шерсти каштанового цвета и сумку со склянками (еды на несколько дней пути, если потребуется), он отправился по адресу.
Ритуал показал на пустой квадрат далеко от городов, где-то между Синам-Сиджасом и Сва-Локом, и юноша отправился в путь, отчаянно молясь Хранителю, чтобы тот защитил его от ужасных монстров, безраздельно царстовавших на трактах Фронтира. Хотя с молитвами он опоздал: один монстр уже преодолел его защиту, оставив после себя клочок шерсти, повешенный на грудь, как талисман. Хороший такой талисман: с ним путешествовать по лесу оказалось довольно просто. Высокоуровневые хищники не обращали на него внимания, за что следовало благодарить Духов, создавших мир Пандоры именно таким, а не иначе, а живность помельче сбегала сама, только стоило ей почуять запах шерсти вервольфа.
Несмотря на далёкое расстояние, дойти до отметки, указанной на карте, ему не заняло много времени. Чуть больше суток, и это с ночёвкой на ветвях векового дуба. Так Зима добрался до избушки, облюбованной Милией.

– Почему я так добр… – эхом вслед за ней повторил Зима. – Ты спасла мне жизнь, разве не повод быть добрым?

– Но ведь из-за меня… Все те убийства… Он хотел, чтобы я вернулась к нему в стаю…

– Ничего… Это в прошлом. Если бы не я, вы бы договорились.

– Нет, Зима, ты его не знаешь… – Милия мягко отстранила руку Зима. – Он сущий монстр, для которого чья-то жизнь ничего не стоит. Пожалуй, он чересчур отдался ради силы своему волку. Он бы тебя убил, пусть и не сразу, но нашёл бы способ.

– Но… – он глянул в печальные глаза оборотня и вдруг всё понял. – Ты купила мою жизнь, вступив к нему в стаю, и вновь меня спасла. Уже дважды.

– Извини, Зима, но только так можно было поступить… – она вновь затряслась в странном ознобе, как от жуткого холода. – Только так… Сбеги бы мы на край света, он костьми бы лёг, но добрался до нас и разрушил бы всё. Прошу, больше не приходи. Если он узнает, что ты был здесь, то непременно тебя прикончит.

Юноша отошёл от кровати, погладил шерстяной комок и с мрачным взглядом, полным решимости, поглядел куда-то вдаль, за стены избы.

– Мия, скажи… Если я…

– Нет, не вздумай идти против него! Ты же видел, как он силён!

– Он убийца и не заслуживает снисхождения.

– Он мой отец.

Парень оцепенел, невольно сжав талисман с такой силой, что шерстинки больно впились в ладонь, едва ли не до крови:

– Извини… Раз так, я ничего не могу поделать. Ты ведь меня возненавидишь…

– Понимаешь теперь?

– Да... Да. Да! Ох… Я принёс хлеба, немного вяленого мяса и вина. Последнее тебе особенно необходимо, для кроветворения. И да, тебе вообще есть, чем питаться?

– Неподалёку от избы деревня, жители которой мне помогают припасами.

– Деревня твоего отца?

Милия вновь спрятала взгляд:

– Ты весьма проницателен…

– Я обещаю, что приложу все усилия, чтобы помочь тебе. Я не буду убивать твоего отца, но терпеть подобное положение вещей сверх моих сил, – Зима с грустной улыбкой посмотрел ей в глаза. – Милия, я ухожу, но вернусь. И спасу тебя.

– Дурень, зачем? – прошептала она, качая головой.

Парень на секунду задержался в дверях, собираясь с мыслями, и сказал, обращаясь к своей избраннице:

– Я понял ответ на свой вопрос.

– На тот самый…?

– На тот самый, – твёрдо ответил он и вышел из комнаты. Спустя несколько секунд Зима вышел из дома и отправился в обратный путь до Синам-Сиджса.
Девушка немного посидела на кровати, перебирая мысленно весь разговор. Она молчала, лишь слёзы орошали льняную простыню, а в сердце поселилось неведомое доселе чувство.

– Так, хватит вести себя, как размазня. В конце концов, я волчица или дворняга? – с этими словами она вытерла мокрые дорожки со своего лица и принялась прятать принесённое угощение вместе со столь важным зельем от нюха своих соседей.

В мыслях же Зимы постепенно вырисовывался план, как избавить мир от чудовища по имени Дик, не нарушая при этом обещания, данного им Милии. Вот только для этого сначала надо было вернуться в город и найти ближайшее отделение Серого Ордена. Но как тогда спасти Милию от их карающей длани? Может, попросить героев? Хранитель, вразуми!

***

Глава вторая. Року подвластное…

Волк был действительно огромным. Чёрная шерсть с редкими серыми пятнами играла синевой в редких пробивающихся сквозь густую листву лучах солнца. Зверь стоял насторожено, вслушиваясь в каждый шорох, и подозрительно обнюхивал только что околевшую овцу. Было видно, что он сильно оголодал, так как будь он хоть чуть-чуть более разумен, сразу бы уловил, что здесь что-то нечисто. Но нет, волк стоял на месте и никак не решался либо скрыться в лесу (и разочаровать тем самым невидимых охотников), либо наброситься на падаль. Но, похоже, он склонялся ко второму варианту, так как овца пахла просто восхитительно: Ильэльная специально выбирала самое лучшее, что могло бы усладить нос потенциального вервольфа.

Светозар жестом показал на взведённый арбалет, скрестил два пальца и коснулся ими уха:"Не стреляй по корпусу: болт шерсть не возьмёт. Целься в основание уха!"
Едва видимый кивок и фигура солнечных часов: "Поняла. Когда начнём?"

Ворон оценивающим взглядом бывалого охотника на нежить окинул предполагаемое поле боя (по идее, серебряный наконечник должен был сразу убить волколака), и жестом ответил: "Когда подойдёт чуть поближе. Я кину сеть, ты стреляй".

Голод волка пересилил его внутренний инстинкт самосохранения, и он пошёл по направлению к овечке с навсегда застывшим взором, полным животного ужаса.

"Сейчас!"

Невесомая магическая вязь вылетела из-за кустов… и соскользнула по шерсти, вцепившись в падаль. Озлобленный вой разнёсся под кронами деревьев, заставив взлететь тучу птиц.

– Стреляй! – проорал Светозар и подхватил лежащий рядом меч, ничуть не заботясь о конспирации (какая, к бескуду, конспирация, когда на тебя несётся полтонны чистого веса?).

Тонко тренькнула тетива, и вой, куда более злой, чем прежде, ударил по ушам Ильэльнаи. Серебряный наконечник вонзился точь в точь под ухо волка, что не могло не радовать. Оборотень не умер на месте, что безумно огорчало.

– Берегись! – выкрикнула она, сама откатываясь от лапы с пятью острыми когтями (чуть-чуть припоздала. Крылатое манто теперь придётся выкидывать), и достала кинжал. Не бог весть что, но рёбра пощекотать санитару леса хватит. Но санитар выбрал целью вовсе не худосочную эльфийку.

Волк, оскалив пасть, в прыжке лапой отбил лезвие меча и повалил Светозара наземь, сам навалившись сверху. Тотчас он получил кинжалом в бок, а следом прилетела стрела, правда, обычная, без серебряного напыления.

– Врёшь, не возьмёшь… – прохрипел герой, изо всех сил преодолевая напор сжимающихся челюстей. Ильэльная же посылала стрелу за стрелой, благо лук расчехлила заранее, как и её напарник меч, но на оборотня эти комариные укусы никакого влияния не оказывали.

– Хва… тит! – Светозар вдруг ощутил, что волколак больше не стремится перемолоть в своих зубах его голову и вообще как-то странно обмяк. Встретившись же с ним взглядом, он понял, в чём дело: взор волка заслоняла смертная пелена. – Зубастик, хватит! Мы справились.

Очередная стрела застыла в движении, приятно пощекотав палец лучницы.

– Да ну? – Ильэльная насторожено подошла к неподвижно лежащей туше, из-под которой отчаянно пытался вылезти её напарник, и посмотрела на отпечаток волчьего тела в астральном плане. Да, всё-таки умер. Как-то быстро отдал концы, кровь по жилам не успела разогнаться даже. Разминка, по-другому и не скажешь.

Светозар ещё пару раз дёрнулся, но понял тщетность своих попыток и обессилено уронил голову на землю.

– Поможешь? – чересчур жалобным тоном попросил он, явно нарываясь на комплимент, но эльфийка вместо язвительного комментария молча подсунула под тело зверя корягу, только что найденную ей в подлеске, и с силой надавила на неё. Туша ненамного приподнялась над землёй, и охотник с радостным вздохом выбрался наружу.

– Мда… Так меня горячо ещё не обнимали. Зато первая часть задания выполнена. Теперь нам надо отволочь его в деревню, – проговорил он, вытряхивая лесную подстилку из одежды: листочки всякие, щепочки, травку...

Ильэльная чуть не поперхнулась.

– Ты что, всерьёз? Тащить до деревни? Представляешь, сколько времени потратим?

– Ага, тоже такая мысль в голову пришла… Хм, любопытно… Заметь: прошло уже полминуты, а вервольф до сих пор не обратился в человека.

Эльфийка раздражённо повела плечом и вытащила из бока убиенного свой кинжал.

– Э, что ты делаешь? – то, что Ильэльная облизнула окровавленное лезвие, не смутило Светозара, но то, с каким выражением на лице она это сделала…

– Да так, проверяю… Вкус явно нечеловеческий, вдобавок ощущаю магию, пронизывающую каждую капельку крови насквозь. Наверно, из-за врождённой магической аномалии это животное выросло до таких размеров и обрело некое подобие разума. Тьфу… Так что делать будем? Это и есть цель Ордена, или мы ошиблись?

Светозар обошёл вокруг дохлого волколака, потом достал дневник и перечитал детали задания.

– Странно… По описанию один в один: рост, цвет шерсти, даже шрам на ухе и на боку – всё это определённо говорит о том, что мы завалили того, кого надо. Но вот странно, что Орден ошибся в определении класса цели… Обычно в этих делах они точны. Скажу больше: весь опыт моей жизни в составе ордена Воронов также говорил о необычности нашего противника. Но то, что он оказался всего лишь волком… Видимо, ты права: врождённое магическое уродство. Э, что я такого сказал!

– А как ты тогда назовёшь МОЙ случай, а, сын Последних?!

На Ильэльнаю было страшно смотреть. Казалось, ещё чуть-чуть, и либо стрела вопьётся в глаз, либо молния поджарит переносицу. Уже сейчас попахивало грозовым воздухом от искровых разрядов, так и змеившихся возле сжатого кулака.

– Ммм… Не подумай такого, у тебя просто особый дар!

– Особый дар, значит… – опасно протянула героиня, презрительно сощурившись.

– Да, да, конечно! Божественный дар!

Эльфийка глубоко вздохнула и разжала кулак, развеяв крайне неприятную на вид магию.

– Такой грубой лести в свой адрес я ещё не слышала… Свежевать волка будешь ты. Не пристало дочери Перворождённых возиться в трупах простых животных.

– Как есть, так сразу, а как помочь… – пробурчал Светораз, но вовремя спохватился. К счастью, его неосторожной фразы девушка не слышала. – Раз так, можешь кинжал передать? Мечом-то крайне…

Серебряный росчерк волнистого лезвия лёг аккурат ему в ладонь, стоило только протянуть руку.

– Спасибо... А ты что будешь делать?

Ильэльная откинула прядь волос назад и достала из походной сумки раздвижную лопату.

– Захороню овечьи останки. Корни прорастут в них, и дерево получит питательные вещества.

– Мда… Это так по-эльфийски.

– В точку, человек. И до самого селения я с тобой не разговариваю. Подумай над своим поведением.

Светозар расхохотался во весь голос:

– Ты чего, всерьёз обиделась?

Лопата вонзилась в землю, аккуратно раздвинув стебельки травы. Казалось, что кроме этого святодейства для героини нет ничего важнее. Она даже не подала вида, что услышала вопрос.

– Видимо, да. Кгхм… Извини. С языка сорвалось, не подумал, ведь это у тебя больная тема… Мне надо быть внимательней. Ну что, мир?

Ноль эмоций.

Светозар вздохнул. Видимо, его напарница действительно решила быть последовательной и дотянуть пытку молчанием до деревни. Делать нечего, придётся заняться шкурой. Хотя волчий мех – так себе мех, но звонкую монету за него выручить можно. Чтобы крестьяне, да не заплатили за спасение от зверя? Интересно, тюк с трофеем поместится на седле каурой клячи, или та сдыхоть ни на что не способна, кроме как брести вслед и жалобно ржать?

Обычный человек, никогда не покидавший город, не представляет себе, что это за адская работа – свежевание. Аккуратно снимать кожу, на которой дырок семь от стрел и кинжала, включая застарелый шрам… Хорошую закалку даёт геройская жизнь, когда единственным трофеем с целого монстра может оказаться какая-нибудь финтифлюшка, до которой ещё надо добраться! И вот приходится спешно изучать бестиарий, ради чего стоит заниматься живодёрством, а что оставлять падальщикам, и спешно нарабатывать кучу навыков, которых Воронам не давали. Но всякая работа тяжелей вдвойне, ежели делается без хорошей беседы или лёгкого разговора с шуточками, прибаутками и рассказами о героях, дальних странствиях и о много другом. Дорого бы Светозар дал за то, чтобы Ильэльная сменила гнев на милость, но, увы, она была непреклонна.

К счастью, путешествие до селения не омрачилось ни единым нападением, что было весьма странно для диких земель. Лес как будто вымер, лишился всех своих обитателей, вечно снующих по веткам, ползающих в траве, мирно пасущихся на полянах, точащих зубы на героев… Именно поэтому путники вышли из леса засветло, а не остались ночевать под ветвями вековых дубов (Светозар с ужасом ожидал подобного, поэтому, увидев впереди силуэты бревенчатых избушек, испытал неописуемое облегчение).

Крестьяне настороженно встретили показавшихся из леса чужаков, сторонясь их и стараясь лишний раз не показываться на глаза. Впрочем, после того, как гости рассказали старейшине о цели своего прибытия, встречать их вышла почти вся деревня: каждый хотел поглазеть на поверженного монстра, так долго державшего всех их в страхе. Гробовым молчанием селяне встретили весть о том, что их от тяжкого гнета освободил орден Серый Плащей. В общем, их можно было понять: тяжко порой уложить в голове, что более не надо бояться ужаса, ставшего привычной обыденностью. Впрочем, вскоре они вернулись к своим делам, а герои направились в местный трактир.

– Есть кто живой? – выкрикнул Светозар во весь голос, заходя под крышу двухэтажного здания. Ильэльная, идущая следом, раздражённо сощурилась, давая отдых глазам, больно воспринявшим резкую смену освещённости, и не удержалась от восхищённого свиста. Трактир убранством и планировкой внушал уважение: просторная зала с рядами деревянных столов и лавок освещалась очагом в стене и масляными рожками, прикреплёнными к столбам, массивная лестница, прислонённая одним боком к стене, вела на второй этаж к гостевым комнатам, а в широкие и светлые окна было вставлено настоящее стекло, а не дешёвая слюдяная подделка. Словом, трактир был едва ли не самым роскошным зданием во всей деревне. Впрочем, до городского ему чего-то недоставало.

– Ох, вы, молодёжь, такая нетерпеливая… – проворчал пожилой хозяин постоялого двора, выходя из подсобки. Выглядел он лет на шестьдесят, но, несмотря на свой возраст, лучился энергией. Присыпанные снегом седины волосы спускались до основания шеи, обрамляя твёрдое волевое лицо, на котором застыла печать мудрости. – С кем имею честь вести беседу?

Ильэльная вздрогнула. Такая высокая речь в захолустье, которое не было даже занесено на карту… Или этот человек не из местных?

– Я Светозар сын Креслава, рука Серого Ордена, а это моя спутница…

– Ильэльная Лаанираэль, к вашим услугам.

Хозяин трактира удивлённо раскрыл глаза, только сейчас обратив внимание на стоящую рядом с мужчиной девушку.

– Эльфийка? Ох, мои извинения за непочтительность, госпожа. Ваш народ редок в наших краях, и на старости лет глаза ослабли… – сказав это, трактирщик поклонился до земли. Ильэльная на это толкнула Светозара в бок, мол, гляди, как ко мне относятся! – Моё имя же Гневосил, по отцу Мирослав. Я местный трактирщик, по призванию летописец. Рад знакомству. Но перейдём к делу: у вас ко мне дело или вам нужны лишь услуги постоялого двора?

Светозар выступил вперёд, становясь предельно серьёзным.

– В общем, нам посоветовали обратиться к вам. Старейшина вашей деревни сказал, что вы можете помочь нам разобраться со шкурой…

– Шкурой? Звучит интересно… А что конкретно?

Тюк с трофеем перекочевал в руки героя.

– Вот. Нам бы её продать…

Гневосил на секунду прикрыл глаза и пробежался пальцами по меху.

– Неплохое качество, но вынужден вас огорчить: я не занимаюсь скупкой. Сомневаюсь, что у нас в деревне вообще кто-нибудь может купить у вас такую чудесную шкуру. Но вы правильно сделали, что обратились ко мне: я знаю тут одного скорняка, который может выдубить её, после чего вы довезёте её до города и там продадите. Как вам такой вариант?

Светозар вопросительно посмотрел в сторону своей напарницы. Та равнодушно пожала плечами, как бы говоря: "Что хочешь, то и делай".

– Идеально. Сколько времени это займёт?

Гневосил кинул взгляд на большие магические часы, висевшие над барной стойкой.

– Увы, если скорняк примется за работу сейчас, закончит он глубокой ночью. Хм… В таком случае не желают ли господа мои остановиться на ночлег в моей скромной таверне? Беру недорого, да и ужином смогу побаловать. Я, конечно, не навязываюсь…

В животе героя согласно булькнуло.

– Эм… Ильэльная?

– Я не против.

– Тогда вопрос решён. Сколько вы возьмёте за свои услуги?

Гневосил пошевелил губами.

– Что-то около тридцати золотых. Это если одна комната…

– Не согласна, – эльфийка невольно дёрнула щекой. – А если мы снимем две?

– Тогда сорок злотых. Ох, чуть не забыл: скорняк возьмёт около сотни монет, так что…

– Отлично. Оплата вперёд?

– Буду безмерно счастлив, – и Гневосил вновь поклонился, едва не стукнувшись лбом об колени.

– Прошу… – Ильэльная достала кошель и бросила его трактирщику, но в последний момент в руку кольнуло, и мешочек полетел чуть выше, чем ожидалось, и настолько быстро, что для пожилого человека поймать его было…

Хозяин трактира, довольно улыбаясь в тридцать два зуба, опустил резко вскинутую руку и повесил пойманный кошель на пояс.

– Извините, пожалуйста, – смущённо проговорила девушка..

– Ничего страшного. Я ведь поймал. Эх, а говорят, старость не в радость! Хе-хе… Ладно, вот ваши ключи, а я пойду к скорняку. Думаю, за ночь он управится с работой. Располагайтесь, чувствуйте себя как дома.

Светозар согласно кивнул, и только собрался идти в комнату, как вдруг встрепенулся и хлопнул ладонью по лбу.

– Забыл… Гневосил, у меня есть ещё пара вопросов. Первое, есть ли конюшня в вашей таверне?

– Конюшня? Так давно ею не пользовались, что сделали из неё сарай. Но если подумать… У вас ведь неприхотливый конь?

– Этому счастливому сну мясника ничего нипочём.

– Могу предложить привязать его под навесом. Сено и вода обойдутся в золотой.

– И всё-таки жизнь вдали от цивилизации рождает удивительно низкие цены…

Гневосил улыбнулся, поправив сползающую с плеча сумку со шкурой:

– В вас живёт философ, Светозар. Ну а второй вопрос?

– О, точно! Когда будет ужин?

– Ужин будет через… Ох, поможешь старику, поведаешь, который час показывает хронометр?

– Шесть вечера.

– Рановато… Мы, крестьяне, люди простые. Встаём рано, ложимся рано, едим соответственно. После заката через сорок минут. Сегодня это около девяти часов. О, и прошу не волноваться: часто ко мне заходят соседи. Обычно они неразговорчивы, так что можете не обращать на них внимания.

– Значит, около девяти… – Светозар быстрым шагом направился к собеседнику, и пока тот не опомнился, пожал ему руку.

– Спасибо огромное за всё. Вы нас просто выручили, – рыцарь улыбался изо всех сил, демонстрируя открытость и расположенность.

– Вам спасибо, что остановились у меня, – улыбаясь в ответ, проговорил Гневосил и аккуратно высвободил свою ладонь.

– У меня тоже вопрос, – ожила Ильэльная, отвлёкшись от хода часовой стрелки, – а почему в толпе крестьян одна из женщин плакала, когда смотрела на принесённый нами трофей?

Внимательный взор увидел бы, как дёрнулось веко трактирщика, но наверняка списал бы это на усталость.

– Понимаете, госпожа, принесённый вами трофей до жути напоминает нам о тех кошмарных ночах, когда волчий вой раздавался в паре шагов от околицы, а в окнах мелькали силуэты волчьей стаи, ведомой жутким сосудом греха и порока – волколаком, чью шкуру вы принесли. А у той женщины он убил мужа, причём совсем недавно. Вот поэтому она и не сдержалась, – Гневосил вздохнул и потеребил маленький кусочек шерсти. – Но знаете, что странно? То, что убитый вами волколак…

– Не обратился в человека, – хором закончили за него охотники на нежить и официальные представители Серого Ордена.

– Да, совершенно верно… Но раз волколак не обратился в человека, я просто должен сделать вывод, что вы убили…

– Обычного волка, – в этот раз высказался Светозар. – Уважаемый, мы проделали эту логическую цепочку до конца. Наш вывод: ваш ночной кошмар и наш трофей всего-навсего обычный зверь, получивший сверхсилу из-за врождённого… магической аномалии.

– Магической аномалии, значит? – задумчиво протянул Гневосил, но тряхнул головой, отгоняя назойливую мыслишку. – Раз у тебя в боевых товарищах одна из дочерей самой магии, я не буду спорить. Но в старых легендах я слышал иное: в них говорилось об Люпи – гигантском волке, властителе этих земель. Бывшем властителе, так как однажды пришли силы, что были могущественнее, и в жестокой битве смертельно ранили его. То были люди. Умирая, он решил отдать свою магию потомкам, запечатав её жестоким заклятием: лишь тот волк, который сможет убить человека, обретёт часть души Люпи и его силу, причём чем больше убьёт наследник, тем сильнее будет становиться зверь, и в конце концов сам Люпи возродится, дабы покарать своих убийц и сожрать само Солнце…

Светозар и Ильэльная растеряно переглянулись. Рассказ Гневосила определённо производил впечатление, а если учесть, что он был летописцем и наверняка разбирался в древних сказаниях…

– Но не стоит забывать, что это всего лишь легенда и правды в ней может быть меньше напёрстка, – рассказчику явно понравилась реакция слушателей. – Так или иначе, теперь, кто бы это ни был: просто волк, волколак или наследник древнего божества, так или иначе, ныне он мёртв. Конец света отодвигается, можно спать спокойно. Хе-хе-хе… Ладно, я пошёл, а то скоро скорняк прикроет свою лавочку, и вам придётся ждать весь завтрашний день свою шкуру. Можете не беспокоится: я позову вас на ужин. Приятного отдыха.

Сказав это, хозяин трактира вышел через дверь и прикрыл её. Герои остались одни.

– Что делать будем? – почти безразлично поинтересовалась Ильэльная.

– Ну, я последую совету нашего радушного хозяина и отдохну. Впрочем, не беспокойся, не просплю. Зайду к тебе перед ужином.

– Ты серьёзно?

– Кстати, такой вопрос: как тебе история?

"Самовлюблённый болван. Слышит только самого себя".

– Очень интересно, прям сказка какая-то.

Светозар хмыкнул себе в усы.

– Это и есть сказка… Эх, эля бы сейчас глотнуть!

Бубух! Удар сердца громом отозвался в ушах Ильэльнаи. Вот оно что! Вот чем отличался этот трактир от обычного! В воздухе не пахло элем. Ничуть. Более того, в любой таверне воздух слегка отдавал спиртным, но здесь он был абсолютно чист от щиплющих нос испарений. Хотя кто знает, может быть, это связано с тем, что сюда просто-напросто не завозят алкоголя? С Кель-Абанским трактиром, по крайней мере, так дело и обстояло.

– Ну, пора бы посмотреть, что за хоромы нам выделили. Ильэльная, идёшь?

– Что? Да, да, сейчас…

***

Глава третья. Вновь обретённое...

Время пролетело быстро. Вечерний закат мирно отгорал, бросая густые тени, обрамлённые красным сиянием. На небе потихоньку собирались облака: закончившийся день был последним из череды ясных дней, и небеса переходили во владение погоды, обычной для мокрого месяца. Для дождя, конечно, было рановато, но через сутки он грозил зарядить как положено и превратить и без того тяжёлую дорогу в грязевую кашу.

Ильэльная разлеглась на кровати. Приятно после тяжёлого дня вкусить блаженного покоя… даже смертный сон не столь сладостен, как такого рода мелочи жизни.
Героиня лежала, закрыв глаза. Постороннему наблюдателю показалось бы, что она спит, но на самом деле девушка думала, припоминала события сегодняшнего дня и анализировала их, и чем больше она этим занималась, тем сильнее хмурилось её лицо.

Не только красивая и благообразная речь Гневосила резанула ей по уху своим несоответствием. Были и другие странности, и как одна из них: населявшие это селение люди почему-то не вырубали лес вокруг, да и полей не наблюдалось… Впрочем, на это есть объяснение: не хлебом единым жив человек, но и дичью, птицей, рыбой… Действительно, не стоит забывать об охоте или о собирательстве, способными с лихвой компенсировать недостаток урожая.

Гораздо более насторожила реакция крестьян на волчью шкуру. Нет, если представить себя на их месте, то и молчание, и плач весьма естественны, но вкупе с другими мелочами картина вырисовывалась неприятная. Крайне неприятная.

Внезапно на грани чувствительности послышался странный шуршащий звук. Эльфийка прислушалась. То были шаги, причём идущий крался, ступая либо на цыпочках, либо… Не важно, главное, он приближался к её комнате!

Бесшумно поднявшись с кровати, Ильэльная выхватила кинжал и подступила к двери, встав так, чтобы она открытая скрыла её от вошедшего. И вовремя: только она слилась со стенкой, как дверь скрипнула и начала потихоньку открываться. Медленно так, как будто прятавшийся за ней не хотел привлекать внимания. Это его и спасло: запахи коридора влились в комнату, и девушка спрятала кинжал в ножнах, скрыв улыбку. Против такого неожиданного гостя кинжал бы не помог.

Светозар, держа в одной руке ботинки, а в другой зажженный светильник, зашёл в эльфийские покои.

– Ильэльная, не разбудил? – шёпотом спросил он, обращаясь к сокрытому в тенях силуэту на кровати. – Скоро ужин, так что…

– Стоять, бояться! – приказал знакомый голос, обладательница которого больно ткнула его в спину. Светозар застыл на месте, но рук так и не поднял.

– Э… Что случилось?

– Признавайся, почему ты подобно вору пытался незаметно прокрасться в мою комнату?

– Хе-хе… С одной стороны, я хотел посмотреть на твою реакцию.

– Значит, просто подлянка? – снова незаслуженный тычок, и в этот раз Светозар не стерпел. Он мгновенно развернулся в сторону собеседницы с таким выражением лица, что она сама того не желая отступила на шаг.

– Несерьёзно, Элечка. Но вынужден признаться: как ни крути, мне надо было видеть твоё поведение в этой ситуации. Признайся, если бы не ожидала неприятностей, не стала бы прятаться за дверью, не так ли?

– Неприятностей? О чём ты говоришь?

Герой подошёл к столу и поставил на него плошку с горящей свечкой, по пути едва не наткнувшись на стул. Мда, а вот Ильэльнае темно не было, несмотря на скудное освещение с улицы.

– Дверь закрой, пожалуйся. И желательно на засов, – настолько хмурым Светозара она ещё не видела.

Петли двери вновь скрипнули, и следом раздался звук задвигаемого засова. Эльфийка отошла от двери и прикинула на глазок её надёжность. Ну, не крепостные врата, однако вышибить будет не так-то просто. Хорошая такая дверь, крепкая.

Повернувшись в сторону человека, Ильэльная увидела его сидящим за столом на единственном стуле в комнате. Червячок раздражения кольнул самолюбие, хотя помимо стула было ещё одно место, куда можно было бы сесть: кровать. А что? В ногах правды нет.

– Теперь расскажешь, что случилось, Светозар? По лицу вижу, тебя что-то тревожит.

– Раз так, тогда скажи, не возникала ли у тебя мысль, что тут что-то не так?

– Что именно? По-моему, это ты сейчас как-то не так поступил.

– Тогда выражусь иначе: не возникало у тебя ощущения нависшего над нами груза лжи?

– О, как заговорил… Прям по писанному, философ вы людской… – Ильэльная глубоко вздохнула, стремясь загасить невесть откуда взявшееся раздражение. – Ладно, хватит. Да, возникало. У тебя тоже?

– Именно. Мой отец говорил, что если ты встретился с одной ложью, а потом наткнулся на другую, то непременно жди третью. Лично я о Гневосиле. Скажи, пожалуйста, много ли ты знаешь об особенностях профессий, связанных с выделкой кожи?

– Хм… Не припоминаю ничего. А на что ты намекаешь?

– Да вот, смотри: выделка кожи происходит в течение нескольких этапов, один из которых дубление. Обычно для дубления используется щёлочь и другие весьма ароматные вещества, вследствие чего над скорняжными мастерскими постоянно висит удушающий запах…

– Никакого такого запаха я не ощутила… – растеряно проговорила эльфийка и внезапно поняла, что прокололась. Причём прокололась уже давно, и Светозар прекрасно знал, что его запах приятен для неё. Знал, знал и не подначивал! Брр…

– Это важная деталь. Но что же мне показалось неправильным? Пожалуй, не буду играть в угадайку и сразу отвечу. Итак, внимай: какой скорняк будет работать ночью? И даже если будет, если найдётся такой сумасшедший, то как он успеет обработать шкуру менее чем за сутки? Поверь, я знаю, что говорю. А ты что заметила?

– Я уже говорила: странность в самой деревне, вернее, в том, что люди здесь почему-то не вырубают лес и не распахивают землю. Странность в поведении толпы, когда мы показали им шкуру. Странность в том, что в трактире нет эля и вообще какого-либо спиртного… По-крайней мере, я его не почуяла…

– Многовато странностей для обычной деревни, не находишь?

– То есть, ты сейчас лукавил, говоря, что больше тебе нечего добавить?

– Отчасти. Ни ты, ни я не обладаем полнотой картины и можем лишь строить предположения. И на данный момент картина происходящего такова: мы убили не то волка, не то вервольфа, и пришли с его шкурой в деревню. Потом крестьяне и их старейшина, буквально сбагривший нас Гневосилу. Ах да, Гневосил… Он ведь назвался летописцем, но явно привык заниматься тяжёлым трудом, ибо выдержать моё рукопожатие может действительно сильный человек. Крайне примечателен тот факт, что случайно ли, намеренно ли, но он сделал так, чтобы мы остались здесь на ночь, намеренно солгав о скорняке. Хотя тут сыграла моя жадность: я не вспомнил на тот момент того, о чём сейчас рассказал тебе, да и ты заплатила ему вперёд. Но это ничего не меняет. Дело в другом. Раз Гневосил нам солгал в двух вещах, то он вполне мог солгать и в третьей.

– В легенде… – эхом отозвалась Ильэльная.

– Да, именно в ней. А если это действительно так, понимаешь, что из этого вытекает?

– Значит, мы убили вервольфа. И все странности объясняются тем, что вся эта деревня нечеловеческая. Вотчина вервольфов. И Гневосил, и старейшина, и та плакавшая женщина – все они оборотни. Но раз так, то они все чрезвычайно сильные звери, раз способны держать свою натуру в жёсткой узде. Правда, мне всё равно непонятен момент с рыдавшей волколачкой: если это не искренние слёзы, то тогда что? Игра на публику, игра в человека? Как будто у этих тварей есть чувства.

Светозар сидел мрачнее тучи, не решаясь поднять взгляда. О, если бы Ильэльная знала бы, какую бурю эмоций вызвали её неосторожные слова...

"А чем ты отличаешься от них? Ведь и у тебя есть тёмная половина, – но Светозар лишь шевельнул губами, не в силах произнести это. – Что же говорит в тебе сейчас, твоя тёмная ипостась или эльфийское происхождение? Слышала бы ты себя со стороны…"

– Но я не уверен, Эльная, – глухо проговорил он, быстро сморгнул и поднял голову. – Быть может, мы всё это навыдумывали, и на самом деле нас внизу ждёт нормальный ужин, а не десятки злых волчьих пастей, так и жаждущих вонзиться в нашу плоть. Не исключено, что со скорняком я ошибаюсь, или здесь иной метод обработки шкур. Так или иначе, мы герои, и мы бессмертны. Даже если здесь живёт стая вервольфов, мы сумеем уйти. Но идти на ужин без оружия не советую. Не хочется рисковать сверх меры…

– И заявиться на ужин, обвешанной железяками? Шутишь? Даже если так, что потом?

– Мы выхватим инициативу у них из рук: скажем, что собираемся уезжать. Посмотрим на их реакцию. Если они вервольфы, то тут и должны явить себя. И ещё… Ильэльная, тут потребуется всё доверие, что есть у тебя ко мне. До последней капли. Даже если я сделаю что-то, что покажется тебе странным, непонятным или откровенно глупым, прошу, следуй за мной. Обещаю, мы спасёмся из этой ловушки… если таковая вообще имеется.

Девушка повернулась в сторону освещённого свечой лица Светозара. Сейчас только этот слабый свет развеивал ночную тьму.

– Хорошо… Но сердце всё равно не на месте. Я… не мог бы ты остаться вместе со мной до ужина? Мне страшно.
Повисла тишина, в которой явственно послышался звук открываемой трактирной двери. Кто-то вошёл в трактир, громко топая ногами.

– Хо-хо, сейчас только полдевятого? – удивился под полом Гневосил и опустил что-то тяжёлое на стол. Глухо бухнуло.

– Шайтан! Хозяин вернулся. Говорит, что сейчас полдевятого.

Светозар хрустнул пальцем в тягостном раздумии. Казалось, он не услышал последних слов Ильэльнаи, однако это было не так:

– Остаться, говоришь… Признаюсь: хотел бы больше всего на свете… Однако если не приготовиться к ужину, нас точно убьют. У меня есть план, не бойся. И да, свечу я оставлю.

– Эм… – не может, значит? Ну и ладно. Но грустно всё равно стало. – Зачем? Мне и так хорошо видно ночью.

– Да, но Гневосилу отсутствие свечи покажется странным, а если он заметит твои глаза, вернее, форму зрачков... А вдруг он обычный человек? Как-то не хочется получить вилами под рёбра, – на этих словах Светозар встал со стула и пошёл к выходу.

– О своих рёбрах беспокоишься, да? – прошептала Ильэльная, провожая его взглядом и ничуть не ожидая ответа. Однако он её услышал:

– Не только о своих, Зубастик. Просто… будь осторожна. Пожалуйста, – сказав это, он вышел в коридор.

– Постараюсь...

Поразительно, как долго тянется время, особенно в напряжённой обстановке. Свеча горела на столе, заставляя болезненно щуриться, а звуки распахивающейся нижней двери, ведущей на улицу, всякий раз едва не подкидывали Ильэльнаю с кровати до потолка. Казалось, ещё чуть-чуть, и в комнату заглянет не хозяин таверны, а косматый волк, готовящийся одним ударом покончить с той, что убила одного из его соплеменников. В комнате Светозара стояла оглушительная тишина, и как бы эльфийка не старалась уловить хотя бы отголосок движения, ничего не проходило, словно там вовсе никого не было.

Девушка села на стул, всё ещё сохранявший человеческое тепло, и задумчиво уставилась на мерно лучащийся язычок пламени. Так ждать было легче. Можно, конечно, было и помедитировать, но как тут войдёшь в транс? И дело не только в том, что внизу собирались жители деревни, как и говорил Гневосил… Верно, сердце дрожало в груди, но возможность быть разорванной на куски целой деревней оборотней не была этому единственной причиной.

– А я ведь не обманывала, сын Последних… Мне действительно страшно.

“Как тряпка перед ним, аж самой противно. Да как можно перед кем-либо показывать свою слабость? А ещё мню себя достойной дочерью своего народа, а ведь это, как ни крути, неправда. Во-первых, героиня, а бессмертные выше всех рас, а во-вторых, полу…"

Кто-то поднялся по лестнице, и в дверь деликатно постучали.

– Да?

– Госпожа Ильэльная, можно войти? – Гневосил был сама любезность. Вряд ли он, готовясь вырвать ей глотку, стал бы так распинаться.

– Пожалуйста, я не занята.

Дверь открылась, и пожилой трактирщик вошёл в комнату. Зайдя, он поклонился Ильэльнае и с преклонённой головой заговорил:

– Надеюсь, отдых у меня пришёлся вам по душе и принёс новые силы. Сейчас я скромно приглашаю вас вниз, отужинать. Я заранее извиняюсь, сегодня у меня многовато гостей: отмечают смерть темнолесного убийцы, поэтому я взял на себя смелость посадить госпожу вместе с сопровождающим.

– Вы правильно поступили, позволю себе избавить вас от тяжких сомнений.

– Ужин через пять минут, всё уже готово. Я постарался найти самое лучшее для вас и приготовить самолично. Сейчас зайду к вашему спутнику.

– Спасибо… – это слово удалось произнести без тени эмоций, как и следовало.

Человек развернулся и вышел из комнаты, закрыв дверь, и направившись в соседнюю, а Ильэльная опять уронила голову в ладони. Свеча горела, освещая искажённый в странной полуусмешке рот. Пальцы нервно поглаживали лоб, лучась на кончиках искрами свободной магии.

Из комнаты Светозара послышался голос трактирщика. Судя по всему, Гневосил только что разбудил своего второго постояльца и сейчас ворчал на тему "…вот поэтому надо заранее ставить свечу, а-то потом тьма подземная… Хм, пусто. Странно, вроде бы всем положил огня…"

"Он даже оставил мне свою свечу, герой-дурачок", – то ли плакать, то ли смеяться… Да ну и ладно.

От лука в помещении толку мало. Впрочем, была ещё гоблинская машинка, весьма удобная в дальнем бою: арбалет. Да-да, тот самый, из которого вервольфа и убили. Вот только перезаряжать его долго, секунд пять, можно не успеть выстрелить во второй раз. Впрочем, магия на что?

На всякий случай, Ильэльная запихала в рукава не только кинжал, но и болты, и парочку серебряных стрел. Выйдя из комнаты, она едва не столкнулась со Светозаром, буквально начинённым различными колюще-режущими штуками. Но наверняка это были не все сюрпризы. Стоило вспомнить, какой блеск появлялся у него в глазах при виде взрывчатых веществ… И какая у него была объёмная сумка на другом боку клячи...

Внизу, в зале, было многолюдно – полторы дюжины человек, всё население деревушки, кроме детей и стариков. Как трактирщик и говорил, все столы, кроме последнего, примыкающего к лестнице, были заняты. Не самая выгодная позиция для боя. Так, стоп, надо вести себя естественно, особенно под взглядами, бросаемыми грубыми неотесанными селянами, впервые, наверно, увидевшими дочь эльфийского народа. Ради такого зрелища они даже оторвались от еды и разговоров. Мужланы… Хотя тут были и женщины, но и они позволяли себе бесцеремонно пялиться на них обоих… Или на Светозара? Грр… Хотя нет, и на меня тоже, особенно та самая, плакавшая сегодня, женщина. Так, дело начинает приобретать интересный оборот…

– Прошу вас, место готово, равно как и ваш ужин. Прошу только немного подождать, – Гневосил весь лучился благожелательностью.

– Нет, – с милой улыбкой возразил Светозар – Мы не намерены оставаться в деревне и уже приготовились к отъезду. Можете завернуть еду в свёрток?

– Но… Э… Г… Светозар… Уважаемый, сейчас же ночь, время, когда монстры рыщут в поисках добычи! Разве я могу? Спасители нашей деревни, и как бандитов выдворять в лес? – как Гневосил всё время держался с внутренним достоинством, так сейчас он выглядел донельзя жалко.

– Ну что вы, я и моя спутница воины бывалые. Не один монстр пал от нашей руки. Не беспокойтесь за нашу сохранность.

– А шкура? Разве вы покинете нас, не забрав шкуры?

– О, и тут нет повода для беспокойства. Заедем через пару дней или, что ещё лучше, пусть она остаётся у вас. Будет ярмарка, продадите. По-моему, прекрасный вариант.

– Давайте вы хотя бы отужинаете нормально, по-человечески, а не в седле!

– Ничего, мы привыкшие к путешествиям, нам наоборот, гораздо приятней будет есть вашу стряпню в привычной обстановке. Знаете, такая идиллическая картина: лес, ночь, огонь костра…

Гневосил понуро опустил взгляд, на что Светозар расплылся в довольной улыбке.

"Так вот какой во всём этом смысл! – дошло до Ильэльнаи, в самом начале перепалки. – Если они обычные крестьяне, то должны нас отпустить, так как больше доводов держать нас здесь нету! Но если они…"

– Знаете… – медленно проговорил Гневосил, покачиваясь на месте от странной дрожи. – А вы ведь всё равно не можете отсюда уехать… Да и кляча ваша в котле…

Кровь отхлынула от лица эльфийки. Мгновенно арбалет силой магии пришёл в полную боевую готовность. Будь героиня сейчас одна, она непременно после этих слов атаковала, а потом бы бежала из деревни, но сейчас с ней был Светозар… И у него был план. И он просил ему верить… Но сейчас, когда всё стало ясно, почему он медлил? Неужели это входило в его план, быть съеденным заживо? “...Если я сделаю что-то, что покажется тебе странным, непонятным или откровенно глупым, прошу, следуй за мной. Обещаю, мы спасёмся из этой ловушки, и даже если здесь живёт стая вервольфов, мы сумеем уйти”, – если бы не эти слова, Гневосил давно бы упал на пол с простреленным горлом.

– Значит, вы хотели скормить мне моего же коня? – опасно прищурив взгляд, поинтересовался герой, хотя и так всё было ясно.

– Ну да, – легко согласился Гневосил, поднимая взгляд, полный звериной злобы, и потихоньку начиная обрастать шерстью, как и остальные жители деревни. – После того, как вы убили вожака стаи, думали, мы дадим вам спокойно уйти? И даже не пытайтесь сбежать: в деревне Люпи живут лишь те, кто отринул человечность и принял силу обратной стороны Луны. Эх, давно у нас на трапезе человеченки не было, всё дичью обходились. А тут даже эльфийка в гости пожаловала. Лаанираэль, дом Лунной Омелы, особа королевских кровей… Какая специя к вкусу.

Хозяин трактира больше не мог устоять на двух ногах и повалился вперёд, приземлившись на четыре крепкие волчьи лапы. В течении нескольких секунд после этого в помещении стало тесно от вервольфов, а в воздухе невыносимо запахло волками.

"Дело дрянь… Раз, два, пятнадцать, восемнадцать… А сколько ещё на улице? Два десятка, три? Полсотни? Да такой клыкастый серый град нам не по зубам!"

– Однако вы кое-что не учли, – сохраняя потрясающее спокойствие, развёл руками Светозар. – Мы не простые рыцари Серого Ордена, это раз. Мы знаем заклинание против вервольфов, это два.

– Врёшь! – пролаял волк с охристой шерстью, подёрнутой сединой, медленно ступая к человеку. – Против нас не действует магия! Нам даже кольца зверя не нужны, чтобы контролировать волчью ипостась!

– Убийца! – прорычала волчица с дорожками от слёз в шерсти.

– Нет, знаем… И это заклинание весьма простое, слушайте внимательно: залп, стол, окно, улица!

Как бы Ильэльная не волновалась, отреагировала она мгновенно.

***

Когда они выбрались из трактира, их со всех сторон окружили лобастые волколаки, поэтому пришлось бежать обратно. В этом и заключался план Светозара: заманить вервольфов в тесное помещение и там уже разобраться со всеми одним махом (попробовали бы сбежать – пришлось бы сражаться в лесу в густой тьме, в которой человек ничего не видел, а вот вервольфы и его напарница да). Перед тем, как герои выпрыгнули наружу, бывший Ворон кинул в гущу израненных и посечённых болтами Ильэльнаи пороховую шашку, одну из многих его запаса. Стружка магния, входившая в состав шашки, полыхнула подобно солнцу, ослепив всех волков, поэтому пробежать мимо них обратно и забраться на второй этаж не составило труда. План отчасти сработал: боевая ярость находящихся снаружи заставила их побежать следом за героями, но трактир не вмещал столько народа, да и не все поступили столь опрометчиво. Закрыв дверь на замок (в комнате Светозара стояла очень хорошая крепкая дверь, но против звериной ярости она могла дать лишь минуту времени), человек поджёг свою сумку и выпрыгнул в окно. Вернее, попытался, но Ильэльная успела первой, чтобы отвлечь внимание вервольфов на себя.

Их было слишком много, больше тридцати, и хоть в большинстве своём старики и молодняк, справиться с ними было невозможно, поэтому, как бы это не было стыдно, пришлось воззвать ко своей тёмной половине, поймав какого-то дурака на живца. Волк вцепился в горло, намереваясь его выдрать, но сам был укушен и убит бессмертным полувампиром. Хорошая у него оказалась кровь, шипучая и обжигающая язык. Мгновенно перейдя в боевую форму, эльфийка не сдержалась от злобного хохота. Теперь начиналось самое весёлое…

Упавший на землю человек повалил и её, и в этот момент крыша трактира взлетела на воздух, а само здание с бьющим из него во все стороны огнём сложилось, как карточный домик, похоронив всех, находившихся в нём. Оставшиеся в живых оборотни поняли, на кого напали. Две фигуры: одна человеческая, окутанная сияющей магией восстановления, посланной Хранителем, другая эльфийская, с кровавой дорожкой от края рта и с крыльями, сливающимися с полыхающим позади неё огнём – это повергло оставшихся волколаков в ужас. Они бежали, бросив всё, боясь не то, что оглянуться, а вообще остановиться на секунду передохнуть. Страшен гнев геройский. Разумеется, они преследовали их, настигая по одному и очищая мир от мерзкой скверны, но оборотней было слишком много, поэтому пришлось разделиться.

Светозар направился вглубь деревни, вырезая всех, кто попадался ему под руку. Правда, это была просто бойня, без единого шанса для оборотней. Им оставалось только бежать… Но не все так поступили. Едва слышимый скулёж из большого дома, судя по всему, жилища старейшины, привлёк внимание героя, и он, одним ударом снеся дверь с петель, зашёл внутрь. Его встретил гигантский седой волк, стоявший перед несколькими подростками, почти щенками. Самопожертвование, характерно ли оно для монстров? Нет. Если бы сейчас этот вервольф выскочил через окно, высадив стекло, то Светозар бы его не догнал. Они оба прекрасно это понимали, но волк продолжал стоял между ним и волчатами, совсем ещё детьми.

Глухо гавкнув, старейшина приготовился к прыжку, намереваясь если не убить, то хотя бы покалечить противника, но его враг двинулся первым, метнув кинжал. Задело глаз, и пол оросило кровью. Миг, пока от боли оборотень ничего не соображал, стал для него последним. Меч, вонзившийся в горло, оборвал его жизнь. Спас ли своей жертвой он кого-нибудь из тех, кого защищал? Только одному хватило проворства и силы сбежать через всё то же окно, пока Светозар расправлялся с остальными, но и его конец был предрешён. Удар взявшегося из ниоткуда геройского меча рассёк мальца напополам. Ещё одним монстром меньше… Вот только никакого удовлетворения от того, что мир стал чище. Наоборот, грызущая душу тоска. Стоило только на секунду представить, что вместо вервольфа под его мечом погиб обычный подросток, пацан, как руки сами опускались. Светозар и так через силу продолжал погоню, буквально заставляя себя добивать тех, кто был так похож на человека… Хорошо, что Ильэльная его не видела. Такого Светозара она бы не приняла.

Ильэльная же отправилась в сторону внешних домов и околицы, продолжая погоню за потерявшими от страха разум вервольфами, часть из которых пыталась спрятаться в домах, вновь принимая человеческий облик. Всё-таки, какое же человеческое тело хрупкое… Взмах крыла, и всё кончено. Подкрепиться для восполнения магического резерва и вновь атаковать. Лица-морды, люди-волки – всё смешалось. Старики и дети, женщины и мужчины… Без разницы. Удар бесплотным огнём, добавить кинжалом для верности, и готово. Без эмоций. Без сострадания. Без жалости. Хорошо, что Светозар её сейчас не видел. Такую Ильэльнаю он бы не заслонил от огнестрела Наивного Ями.
Кровь и боль, огонь и смерть… Деревня Люпи в одночасье превратилась в могильник, и два ангела смерти носились по нему, истребляя всё живое.

***

Глава четвёртая. Краткое счастье…

Зима с пригорка видел всё происходящее и не верил своим глазам, как и не верил себе тогда, когда узнал, что Серому Ордену известно о деревне и о том, что они уже убили Дика-вервольфа и выслали по указанным координатам охотников. Как? Откуда они узнали? Кто сказал? Неважно. Имеющий разум да поймёт.

Сразу же после взрыва большого двухэтажного здания он пришёл в себя. Стоять на месте? Бессмысленно. Пойти в деревню – совершить самоубийство. Что же делать? В домике его возлюбленной было пусто, а найти второй раз по кусочку шерсти Зима не мог: он ведь был учеником алхимика, а не мага, поэтому он побрёл в сторону избушки Милии, находящийся далеко на отшибе от обречённой деревни, намереваясь там пересидеть.

Подходя к избе, он каким-то шестым чувством уловил, что нечто изменилось. И верно: из окна доносился слабый свет свечи. Неужели… Милия?

Зима ворвался в дом, выбив дверь в отчаянном прыжке.

– Милия? – выкрикнул он, видя знакомый силуэт, сидящий на стуле в большой комнате. – Мия, ты цела?

– Зима? – с искренним ужасом выдохнула девушка, разгибаясь над рассыпанными на столе корешками и листочками. – Почему ты пришёл? Мой отец… Он должен быть сегодня в деревне! Ещё чуть-чуть, и он явится сюда за травами!

– Мия… – не в силах сказать ей про то, свидетелем чего оказался, повторил Зима.

– Уходи. Уходи, пока не стало поздно! Да ты и без сумки пришёл. Нет, прибежал, ты весь вспотел! И дымом от тебя пахнет… Что случилось? Что-то с Зимианом? И ты… плакал? Зима, ответь, что случилось?

Парень молчал, думая, как же ответить на такой одновременно простой и неимоверно сложный вопрос. Всё, что бы ни приходило в голову, безжалостно отвергалось, стоило только представить, как отреагирует на такие слова его возлюбленная. Единственное, что оставалось, так это показать... Он подошёл к столу и задул свечу. В тот же момент, как он это сделал, на пол легло зарево далёкого пожара.

Девушка вскочила со стула и подбежала к окну. Её тихий вскрик резанул по сердцу, подобно раскалённому ножу.

– Серый Орден… – вполголоса произнёс Зима. – Я узнал чудом, и как только узнал, так сорвался с места, надеясь их опередить. Если бы успел ранее…

Милия его как будто не услышала, медленно отступая от окна нетвёрдой походкой. Вдруг её спина упёрлась в нечто мягкое. Она развернулась на месте и встретилась взглядом с Зимом:

– Я… должна быть там… А я здесь, – с полувопросительной интонацией прошептала она. – Мама, папа, братики… Их убили? А я здесь…

– Мия, прошу, давай просто уйдём сейчас, пока есть возможность, а то Серый Орден скоро наткнётся на твой дом, и тогда всё… Они даже не попытаются понять, что ты иная, как это понял я. Для них, раз ты не человек, то приговор ясен, но в том-то и дело, что ты не такая! Пусть у тебя есть вредная привычка обрастать шерстью, но и под волчьей личиной ты не теряешь своего человеческого лица. А это, поверь, то, что отличает тебя от монстра.

Милия слабо улыбнулась.

– Зима… зачем ты это делаешь? Зачем вселяешь в сердце надежду? Ведь Серые недалеки от правды: я вервольф, убийца…

– Неправда! А если и так, то разве можно настолько хорошо притворяться, чтобы обмануть эльфа, которому больше лет, чем нам обоим вместе взятым во много раз? А ведь он видел в тебе человека… и действительно горевал после твоей "смерти" в зубах волколака. Настолько, что даже нарисовал картину в память о тебе. И знаешь… Ты просто обязана её увидеть.

Милия вытерла слезу, выкатившуюся помимо воли, о тряпочку, лежавшую на столе.

– Зима… Зима, зачем? – слёзы потекли не переставая по щекам девушки, и пришла очередь парня стараться быть сильным.

– Я хочу, чтобы ты жила. Нельзя наказывать детей за ошибки отцов, вот как я считаю. Но не только поэтому. Милия, я…

– Пожалуйста, ответь: Серый Орден здесь не из-за тебя? – странная сила наполнила взгляд девушки-оборотня, и уши юноши заложило. Он едва услышал свой ответ, преодолевая состояние странной сонливости и какой-то прозрачности перед той, кто видела его насквозь.

– Клянусь, я никому ничего не рассказывал и не связывался с Серым Орденом. Да будет моя любовь тому поручителем!

Пелена перед взором парня рассеялась, и он увидел потрясённое выражение лица своей собеседницы. А что такого он сказал? Ведь это и так было ясно...

Громкие, отчётливые хлопки разбили стеклянную хрупкость бытия между Зимом и Милией. Хлопавшей им обоим была молодая эльфийка, откровенно лишняя в этот момент, если бы не одно но: знак Серого Ордена, приколотый к доспеху из дэры. И крылья, разноцветные, огнеподобные крылья, упирающиеся в косяки двери и отбрасывающие на окаменевшие лица находящихся внутри красно-фиолетовые отблески нематериального пламени.

– Какая красивая сцена: два монстра, играющие в людей. Восхитительно! – сделала своё заключение охотница, потянув носом воздух.

– Два… монстра? – недоумённо повторила Милия и перевела взгляд в сторону Зима. – Но ты ведь… нет?

Парень поднял руку к груди и сжал талисман сквозь ткань рубашки. Если эта вещь делает его похожим на вервольфа… то пусть!

– А вы забавные… Пожалуй, повременю с вашим убийством и выслушаю последнее слово. Мне даже стало интересно!

– Мия… – прошептал Зима. – Беги. Я отвлеку, – и прежде чем она успела возразить, он выступил вперёд. – Да пошла ты.

– Какой храбрый волчонок! – умилилась эльфийка. – Мне нравится. А что дальше?

– А дальше… За что мы заслужили смерть? Только за то, что мы другие?

– Мы? – Милия упёрлась руками об стол, с ужасом всматриваясь в спину парня. – Зима, но ты ведь человек! Или ты… пошёл на этот шаг? Нет… Нет!

– А ведь у нас такие же чувства, как и у вас, мы так же думаем, как и вы, так же мечтаем, желаем… И страдаем одинаково вместе с вами! Почему вы думаете, что...
Эльфийка смазалась в движении. Резкий удар выбил из лёгких весь воздух, и Зима почувствовал, как его горло сжали в тисках.

– Не-е-ет! – Милия, частично обратившись, бросилась на эльфийку, но удар крылом отбросил её в стену. Тщетная попытка спасти того, кто тебе дорог...

– Странно, ты пахнешь, как твоя подруга… Ну-ка, ну-ка… Вот оно! – охотница достала кусочек каштановой шерсти, связанный в форме волчьей лапы. – Значит, ты простой человек…

Мгновение, и Зима улетел в противоположную сторону комнаты, больно ударившись об шкаф. Сверху на него посыпались книги.

– А вот что делать с тобой… – протянула эльфийка и повернулась в сторону оборотня, пытавшейся встать после сокрушительного удара. Из-за немилосердно кружившейся головы получалось плохо.

– Отпусти… Зима! – прохрипела она, тряся головой. – Он… человек… Сама… сказала. Или врала?

– Ох, вот смотрю на вас и никак понять не могу, в чём резон тебе играть роль любящей и защищающей избранницы сердца? – то, с каким выражением крылатая смотрела на его девушку, заставило парня застонать от отчаяния.

– Милия не такая! – выдавил из себя он, поднимаясь из книжного завала. – Она не играет, и не играла ни одного мига! Более того, она меня спасла! Пошла против своего отца, только ради того, чтобы жил я! Что это, если не любовь?

Охотница грустно покачала головой:

– Какой бы волк не был прирученный, он всегда остаётся волком, и рано или поздно он возьмёт и "ап!" – перегрызёт тебе горло. Поэтому я очищаю мир от монстров, единственная цель которых – убийство тех, кого я обязалась защищать, – закончила свою мысль охотница и отвела крыло назад, готовясь одним ударом отрубить голову сидящей на полу оборотню.

"Два мира, две правды… Нет, не так. Один мир, две правды. Но кто, кроме меня, знает их обе? Поэтому… Поэтому я обязан сражаться хотя бы для того, чтобы дать возможность ей увидеть вторую сторону нашего мира".

С криком загнанного в угол зверя парень подскочил с пола и рванулся в сторону эльфийки, выкидывая перед собой руку, сжатую в кулак.

– Смешно! – уклонилась она от его удара. – Смешно! – кулак пролетел мимо лица. – Мимо! – крыло едва не задело бок, но Зима продолжал наступать, пользуясь тем, что эльфийка...

– Кха-а-а… – удар ногой был такой силы, что парня отбросило и ударило об стену. Кровь выплеснулась у него изо рта, простучав дождевыми капельками по полу. Пламя упёршегося в пол крыла отразилось в зрачках Милии, потрясённо застывшей в тот момент.

– Ой, – коротко высказалась охотница, опуская ногу. – Перестаралась…

– Зима! – выкрикнула оборотень, ловля сползающего по стене человека. Он глядел перед собой потухшим взором, как бы немо укоряя охотницу:”И так ты поклялась защищать?” И этот взгляд проник сквозь броню безразличия, затронув какие-то струны в душе Ильэльнаи.

“Чего это я? Ну, убила человека… случайно же! Да и сам он виноват, лезть не надо было. А эта волколачка, даже сейчас играет! А как причитает, словно действительно любила его… Тварь, меня не проведёшь!”

– Слышишь? Всё будет хорошо… Не умирай… П-пожалуйста. – охотница с каменным лицом глядела на них обоих, и от неё веяло холодом вечных льдов. Милия всхлипнула, утёрла кровавый след с подбородка юноши, и дрожащим голосом спросила: – Ты… Да, ты… Теперь ты довольна? Он умирает, и его убила не я, не кто-либо ещё, но лишь ты! Будь ты проклята! Нет… Нет… Убей и меня! Чего ты медлишь? Наслаждаешься страданиями?!

– Я? – Ильэльная стояла неподвижно, лишь её крылья развевались подобно языкам пламени, вечно стремящимся куда-то. “Чего это с ней? Для вервольфов ведь только своя жизнь представляет ценность, а тут даже не член стаи, обычный человек…”

– Да, ты! Не могу тебя видеть, не могу видеть, как умирает Зима, мой Зима… Мой дорогой Зима… Да, я люблю его, а ты?! Ты кого-нибудь любишь? Молчишь? Я так и знала. Как ты можешь судить, кто достоин жизни, а кто нет? Ты, нежить, вампир, ледяное сердце…

– Молчать!!! – огонь стёк с крыльев, сгустился в осколки кинжальной остроты и прошил воздух возле Милии. Десятки кровяных капель окропили бревенчатую стену. Девушка-оборотень вздрогнула, почувствовав веяние Смерти, и это привело Зима в чувство.

Он слезящимися глазами посмотрел на искажённое глубоким ужасом вкупе с тоской и гневом лицо молодой эльфийки, перевёл взгляд на мерцающее позади неё пламя и прошептал:

– Красиво…

Вдалеке раздался гром. Или это был звук, с которым треснул ледник в душе эльфийки?

– Красиво, значит… – повторила Ильэльная, отступив на шаг, и внезапно выбежала из избы что было сил, даже ветер поднялся.

Зарево пожара переплеталось с отсветом огненных крыльев эльфийки, падая на черепицу какого-то дома в уничтоженной ими обоими деревне. Ильэльная сидела на крыше, прижав подбородок к коленям, и безудержно плакала. "Что в этом красивого?"

***

Эпилог

Время совместного путешествия подошло к концу. Они в последний раз вышли из гостеприимной таверны Синам-Сиджаса и поглядели вдаль, каждый на свою дорогу, причудливо переплетающуюся с дорогой рядом. Сейчас подошло время расставания, но кто знает, что будет потом?

В ту ночь, после всего, когда Светозар нашёл Ильэльнаю, она всё ещё сидела в боевой ипостаси на крыше дома старейшины, и, хотя уже не плакала, лицо хранило следы целого океана пролитых слёз.

Дорога до Синам-Сиджаса с помощью Хранителей пролетела за несколько минут, и герои остановились на ночлег в нормальной гостинице, а не остались ночевать под открытым небом. Наличности, правда, хватило только на одну комнату, но это было даже лучше. Там Ильэльная Светозару всё и рассказала, сбиваясь во время своей речи на всхлипы и странную дрожь, а Светозар слушал, слушал, слушал… И не рассказ это был, хоть Ильэльная старалась говорить объективно и без эмоций, но скорее исповедь. Исповедь героини.
Свеча горела на столе, свеча горела… И дождь за окном стучал по деревянной раме, скрывая в себе звуки этого мира.

А утром пришло время расставания.

– Куда направишься, герой светозарный? – с хитрой улыбкой спросила его эльфийка, не торопясь отпускать руку.

– Ну, так посудить… Сначала отрапортовать о выполнении задания Серому Ордену… И тебе тоже следует, судя по всему. Потом гляну, может, местным советникам помощь требуется. Работа для героев найдётся всегда, тут ты не беспокойся.

– Да я и не беспокоюсь. Я вот думаю, что это мир как-то сильно несправедлив. Почему герои всегда одиночки? Почему нельзя путешествовать вместе? Так… интересней, в конце концов.

– Слушай, такие вопросы к демиургам.

– Демиургам? Ты о Хранителях? Или о Первоэнергии?

– Ох, не спрашивай… Меня вот другое интересует: почему ты сразу не сказала, что особа королевских кровей? Лаанираэль, это ведь дом, стоящий в очереди на престол!

– Не поверишь: сама не знала… не помнила, если быть точной. Но если так посудить, нагишом и король от обычного человека не отличается… Я что-то не то сказала, Светозар?

– Кгхм… Нет, нет, не обращай внимания. Поперхнулся.

– И такое бывает. Ладно, пока наши дороги вместе, пройдёмся до местного отделения Серого Ордена? Любопытно посмотреть, что там у них в запасниках лежит. Эпический артефакт на выбор…

– Угум… Вот только деревню мы разнесли в клочья. Вторая часть задания, сделать так, чтобы дело Серых росло и крепло, с достоинством провалена.

– По-моему, как раз наоборот – это именно то, что от нас ожидали. Не хотел Орден ручки марать, вот и нанял нас. Сволочи…

Светозар грозно нахмурил брови и с достоинством продекламировал:

– Тогда они просто обязаны выполнить свою часть сделки! Хе-хе…

– Надеешься, да? Вот и я надеюсь…

“Надеюсь, что не ошиблась, оставив ту странную парочку в живых. Оборотень и человек… Что может быть нелепей? Только человек и эльф-полувампир, особенно если оба герои”.

И они пошли. Пока вместе, пока по одной дороге, что вела их вдаль, за горизонт.

“Надежда... Хорошее слово. Если на месте той самой деревеньки построят город, хотела бы я, чтобы он так назывался. Надежда... Аматир, по-эльфийски. А что, хорошее название! Вот только... Вряд ли тот край заселят. Слишком глубокую рану мы ему нанесли".

Что было дальше? Увы, мой дорогой читатель, на этой ноте я закончу своё повествование.



ОБСУЖДЕНИЕ


Шерхан
#2
[​ϟ] Командор
могущество: 30624
длань судьбы
эльфийка Ильэльная
121 уровня
А ответ на вопрос, почему Ильэльная является полувампиром и что это за крылья такие будет дан в следующих эпизодах Оркостанского Инцидента, да простите вы меня за столь неоправданное разбитие истории.
P.S.
Поздравляю всех Хранительниц с праздником Восьмым марта!
Wizard-worker
#3
[​ϟ] Командор
могущество: 8994

гоблин Мун-Джун
65 уровня
Свет, бьющий в глаза. Свет, добрый и прощающий. Мне будет в нём хорошо? Не будет больше боли?
Может вся строка курсивом?
Говорят, что у них нет эмоций, что единственное желание каждого оборотня – впиться в глотку того, кому посчастливилось избежать обращения
Наверно "кому не посчастливилось". А иначе и встречи с оборотнем не может быть :)

Просто великолепно... Слов нет :)
Уверен, что в скором времени Аматир будут населять не волколаки, но другие, в обличье волка и с душой человека.
Шерхан
#4
[​ϟ] Командор
могущество: 30624
длань судьбы
эльфийка Ильэльная
121 уровня
Wizard-worker
Касательно поправок увидел и отредактировал.

Уверен, что в скором времени Аматир будут населять не волколаки, но другие, в обличье волка и с душой человека.
Вряд ли дело дойдёт до введения новой расы... Ибо в таком случае всё становится очень и очень интересно. )) Особенно при включении механизма расовых плюшек и раздачи их игрокам. Но это так, мечты, мечты... далёкие и несбыточные... Наверно.
ОлегЗ
#5
[​ϟ] Рекрут
могущество: 13

гоблин наивный Ями
37 уровня
Слишком мало гоблинов, чертовски мало :)
Не совсем понял про крылья, откуда они у ельфа, или у вурдалака, или кем она там становится. (Привет Аните Блейк :))
А так очень вкусно и симпотишно. Почитаю ещё с удовольствием.
Шерхан
#6
[​ϟ] Командор
могущество: 30624
длань судьбы
эльфийка Ильэльная
121 уровня
Второе место на конкурсе -- достойная награда сама по себе, особенно если одарён ею автор неопытный. Превосходный стимул творить дальше и развиваться в данном направлении. Спасибо всем, кто отдавал свои голоса за мой скромный труд! Спасибо огромное, от всего сердца!
Газнил
#7
[​ϟ] Офицер
могущество: 1203

гоблин Газнил
55 уровня
Будем ждать еще)
Undeadwerewolf
#8
[G.I] Рекрут
могущество: 109

орк Мертволак
47 уровня
И отметились только гильдейцы...
Работайте над стилем, дорогой мой. Никуда не годится. Идея есть. Содержание - тоже. Подачи нет. Чувств нет. Ауры нет. Работайте.
Надеюсь, следующий опус будет куда как лучше. Этот читать просто невозможно.
Ах да. Напоследок. Проверьте орфографию. Допишите недостающие окончания. И прогоните текст на благозвучие. Не поверите, это может сделать даже примитивный ворд.
РаВирр
#9
[ОРДА] Командор
могущество: 9635

орк Гро-Бар Сокрушитель Кризисов
76 уровня
Undeadwerewolf
Вы с упорством, достойным восхищения фейспалма, продолжаете выдавать себя за эксперта в области литературы. Но роль вы свою играете из рук вон плохо, ваш уровень "познаний" мы уже выяснили здесь.
Undeadwerewolf
#10
[G.I] Рекрут
могущество: 109

орк Мертволак
47 уровня
РаВирр
Молодой человек, не знаю как у вас, а у нас лично все еще холодно. Будьте так любезны, раз уж начали закидывать бедного "сирого и убогого" Мертволака шапками, сделайте это красиво. Скучно вас читать.
Ни шапок от такого "закидывания", ни интереса к дальнейшей дискуссии.
Silent Wrangler
#11
[​ϟ] Командор
могущество: 14840
длань судьбы
гоблин Генджис
97 уровня
Undeadwerewolf
Вы вот говорите, говорите... А доказать можете? Покажите, где именно Вас спотыкает и почему. Вы накидали общих слов, которые применимы к ЛЮБОМУ тексту.
Хабаси
#12
[ОРДА] Командор
могущество: 13253
длань судьбы
оркесса Гро-Дур
93 уровня
Угу))) Мне бы тоже хотелось почитать грамотную объективную рецензию от Undeadwerewolf :)
Но вряд ли дождёмся. Не тот уровень.
Undeadwerewolf
#13
[G.I] Рекрут
могущество: 109

орк Мертволак
47 уровня
Silent Wrangler
Вы накидали общих слов, которые применимы к ЛЮБОМУ тексту.
Вот с этим как раз я и не спорю. Мои собственные опусы так же далеки от совершенства.
Доказать... Простите, а что именно для вас требует доказательств? С удовольствием покажу это вам. Но, к сожалению, не сегодня. На детальный разбор рассказа просто нет времени. И так уже слишком много потратил на Сказку.
Silent Wrangler
#14
[​ϟ] Командор
могущество: 14840
длань судьбы
гоблин Генджис
97 уровня
На детальный разбор рассказа просто нет времени.
Простите, а как же Вы критикуете, если не разобрали произведение в деталях? При таком подходе какая-либо конструктивная критика невозможна!
Посему можно считать, что данной рецензии доверять нельзя.
Хабаси
#15
[ОРДА] Командор
могущество: 13253
длань судьбы
оркесса Гро-Дур
93 уровня
Undeadwerewolf, голословность -- оружие Элиты)
Показал бы себя в конкурсе... Так нет, проще облить помоями работу того, кто не пожалел времени. И сказать потом, что шибко занят для детального разбора.
Прям ангельским чем-то повеяло)))