Во все стороны полетели червяки толщиной не более волоска. Они шевелились на полу, стенах и даже потолке...и на Гексагоне тоже! Чувствуя шевеление под кожей, палладин попытался вскочить. Однако он сумел только скатиться с койки на пол. Анестезия и болеутоляющие превратили его мышцы в желе.
Рядом раздался всхлип, Гексагон с трудом приподнял голову- в локте от него трепетала осклизлая куча плоти.
Палладин с отчаянием осмотрелся. Огнемёт!
Ухитрившись извернуться на скользком от крови полу, палладин отчаянно пополз к тумбочке, сантиметр за сантиметром. Всхлипы прекратились.
Сердце Гексагона похолодело, стиснув зубы он преодолел оставшиеся полметра в отчаянном рывке. Плечо заныло от удара по дверце тумбочки.
Вытянув руку, Гексагон попытался нащупать огнемёт.

Но огнемёт предательски не нащупывался. Вдруг Гексагон услышал душераздирающий вопль:
- Да когда же ты, скотина богомерзкая, сдохнешь?!?!?!?!?!?!
Паладина окутала горячая струя воздуха, а затем и само пламя огнемёта, которое пожирало червяков и горючие материалы.

Прошло 4 месяца.

Гексагон очнулся и открыл глаза, над ним был белый потолок.
- Прости меня, Гексагон, - услышал он до боли знакомый голос.
- Сэд? Что случилось?
- Ну, как тебе сказать? Я тебя слегка поджарил и ты 4 месяца провалялся в коме.

И Гексагон снова провалился в кому, пытаясь понять до боли чей же это голос так ему знаком и вообще - не остаться ли ему при такой-то жизни в коме навсегда?

-Ты умер?
-Нет.
-Обнадёживает,- вздох облегчения.
-Он был в тебе.
-Да.
-Но как! Он же был рядом всё время!- говоривший сорвался на крик.
-Я тоже был рядом и я это ты. Он не тот кем кажется.
-Значит... Что оно такое?
-Паразит, у тебя всё было впереди,- грустный смех,- тебе пора просыпаться, воин Кутберта, и помни шифр. Ради всего человечества!
-Я...
Гексагон открыл глаза. В палате было пусто. Палладин свесил ноги с кровати, борясь с головокружением.
Прошлёпал босыми ногами по полу и опёрся о дверь. "Я уничтожу тебя Сэд или что ты там есть такое",- прошептал Гексагон, открыл дверь и выскользнул из палаты.

Гоблинша Айсидора Вильгельмовна служила в больничке нянечкой.
Пациентов в её ночной дежурство случилось немного, все не буйные и по состоянию стабильные. Оттого лекарша молоденькая, Филомена, побежала на полчасика домой: приглядеть за своими малолетними пацанятами-близняшками. Помощник лекарки, Куприян, видя такое дело, намылился в соседнее отделение - там как раз подружка его дежурила. Айсидору же оставил за старшего.
Ей такое было не впервой, схема действий была отработана: сперва она проверила наличие на койках всех пациентов, затем - запоры на окнах, дверях подсобоки, процедурной и служебного входа. Последним она заперла на ключ главный вход и, усевшись у двери на стульчик, достала недовязанный носок и принялась бдить.
Ровно в полночь из тринадцатой палаты выскользнул пациент. Опираясь о стенку, он окинул мутным взглядом коридор и потрусил в противоположную от входа и гоблинши сторону коридора, завлекательно виляя полами реанимационного халатика. Вильгельмовна проводила его заинтересованным взглядом, но пост свой не покинула, даже вязание не прервала: тот конец коридора заканчивался тупиком, так что по стеночке обратно и вернётся.
Для себя же отметила, что надо бы утром Куприяну посоветовать, чтоб лампочку с той стороны коридора послабее поставить - не первый уж раз болезные туда движутся, свет в конце тоннеля ищут...

Гексагон добрался до тупика и надавил на широко известный в узких кругах кирпич. Открылся потайной ход. Тихонько проскользнув туда, паладин тихонько притворил за собою "дверь"...

Айсидора со вздохом отложила вязание и неторопливо зашаркала вызволять пациента. Настырный оказался, но и такое уже бывало.
Добравшись, наконец, до конца коридора, гоблинша нажала на прямоугольную красную кнопку и дверцы хозяйственного лифта открылись. В кабинке она, как следовало ожидать, обнаружила "беглеца": лифт-то давно не работал, только двери исправно открывались и закрывались.
- Идём, бедолага, - Айсидора бережно вывела пациента обратно в коридор и, ласково приобняв, неторопливо повела обратно в кровать. Тот всхлипывал и лепетал что-то о червяках, мозгах, взрывах, огнемётах, кого-то в себе и врагов снаружи. Айсидора с понимающим видом кивала, прикидывая привязать ли его к кровати, или просто рядышком покараулить, пока не затихнет...

Так и нашли её спустя какое-то время в лифте: кивающей и раскачивающеймя на троссе, прикрепленном к потолку лифта.

- А кто ж его ещё починит? - спросила нашедших её старушка и приложила вполне по-палладински. Чтоб под ногами не путались.

Как ни странно, они упали ей под ноги.

"Потом подберу" - решила старушка, продолжая созидательную деятельность. - "А иначе так никогда и не закончу.."

И продолжила спиливать медные провода.

Самое то для амулетов от сглаза и оберегов от конца света, на кои Айсидора была великой мастерицей.